Skip to content
Среда, Май 23, 2018

Есть идея история икеа книга

Вспоминаю как мне собирали кухню с массой несостыковок и, пожалуй, правда мебель иных производителей лучше самостоятельно не собирать. А у ИКЕА получается на разных континентах произвести комплектующие, свезти из в магазин в Подмосковье и доставить мне удовольствие, а не проблему. Мой шкаф-купе — зримый символ глобализации в позитивном смысле этого слова. ИКЕА позиционируется как магазин дешевой мебели и часто к ней так и относятся. Для меня ИКЕА была, и после прочтения книги я уверился в этой мысли — это больше чем магазин, это идея.

Идея о справедливом мироустройстве. Покупка в ИКЕА для меня не способ экономии, а солидарность с идеей. Разве человеку много нужно?! Зачем все эти стулья по рублей или шкафы по рублей, если в ИКЕА функционально те же самые стулья и шкафы в 10 раз меньше стоят? Зачем рубить дубы и делать из них тяжелые дубовые столы, если можно их сделать легкими из пористого ДСП и покрыть дубовым шпоном — смотрится одинаково, но экологичней? Мебель должны быть простой, удобной, качественной, и не отвлекать от главного для чего создан человек.

В ИКЕА и ее продуктах заложена масса христианских принципов — любовь к ближнему, нестяжательство, простота, гуманизм, сохранение природы, бережливость. И ряд общественных принципов — демократичность, общедоступность, справедливость. И действительно, Кампрады живут по всему миру.

Одна ветвь живет в Голландии, другие переехали из Саксонии на Украину в город Одессу. Однажды ко мне пришел пожилой финн и сказал, что хочет поговорить со мной.

Я никогда не пытался разыскать своих дальних родственников, но мой сын Йонас проявил к этому живой интерес и занимается составлением фамильного дерева. Прапрадед со стороны отца занимался лесным делом в Польше, дед продолжил его дело, когда переехал в Швецию. Остальные члены семьи получили образование в лицее в Австрии, куда, как говорили, не принимали людей, у которых не было родословной, насчитывающей менее двенадцати пятнадцати колен.

Думаю, это угнетало бабушку на протяжении всей ее жизни. Ей пришлось много трудиться, чтобы выжить после трагической смерти дедушки. Седония, прабабушка со стороны отца, оказала в то время огромную помощь своим внукам, обеспечив обучение моему отцу, его брату Эрику и их сестре Эрне.

Какое-то время отец учился в католической школе при монастыре, и это сильно повлияло на его мироощущение. Позже все трое детей отправились в школу в Лунде, и бабушка жила там с ними на протяжении всего времени учебы. Первые суровые годы пребывания в Швеции изменили мою бабушку. Ее жизнь повернулась совсем не так, как она ожидала. Она осталась одна, без мужа, и ей пришлось стать настоящей хозяйкой.

В то время на ферме Эльмтарюд работали конюх и двое батраков. Мне вспоминается вечерний ритуал разливания молока, которое приносили из коровника в двух или трех больших ведрах и ставили в кухне на скамейку, где любила сидеть бабушка. Все это происходило в доме, где она жила до самой смерти. Сначала отливала себе, потом нашей семье, затем батракам и конюху, а остаток молока покупали у нас мелкие арендаторы. Все вежливо благодарили бабушку и отправлялись по домам.

Два или три раза в год резали скот, и этот процесс целиком контролировала бабушка. Она отрезала себе и моей тете по хорошему куску свежего мяса, а остальное засаливалось в огромном чане, стоявшем на чердаке. Через некоторое время мясо приобретало коричнево-зеленый цвет. У бабушки была любопытная привычка не разрешать нам есть свежее мясо, пока не закончится солонина.

Маме частенько доставались самые залежалые куски. Она вымачивала их по несколько дней, а то и недель, но все равно, когда мы ели это мясо, оно было нестерпимо соленым. Отец был настоящим маменькиным сынком и во всем старался помогать бабушке. Каждое утро он вставал пораньше и разжигал огонь во всех печах и каминах, чтобы бабушке не было холодно, когда она проснется.

Она была властной женщиной, требовавшей от всех беспрекословного подчинения, но меня она любила. В отличие от других обитателей фермы я никогда не страдал от ее диктаторских замашек. Мне вспоминается один случай. Мама держала кур, которые свободно разгуливали повсюду.

Родители практически никогда не наказывали меня, но однажды я поймал маленького цыпленка и свернул ему шею. Отцу это не понравилось, и он погнался за мной через весь двор.

Я бросился к бабушке, которая стояла на пороге кухни, хлопала себя ладонями по коленям и кричала: Она не только защищала меня от всего мира, но и стала моим особым и очень щедрым покупателем еще с тех времен, когда мне было пять лет и я впервые занялся коммерцией.

Не важно, нужно ли ей это было или нет, она всегда у меня что-то покупала. Это придавало мне мужества, и я мог сделать следующий шаг пойти и предложить свой товар соседям.

После смерти бабушки мы нашли целую коробку, в которой были ручки и другие мелочи, купленные ею у ее внука. В начале х годов, когда мне было лет девять, бабушка рассказывала, как тяжело жилось ее родственникам в Судетах Богемия , которые по Версальскому договору в году отошли к Чехии. Я помню, как она плакала, рассказывая мне об этом. Каждый месяц она по-. Иногда разрешалось послать немного еды и полкило кофе. На почте висел список, в котором перечислялось то, что было допущено к пересылке.

Моя мать тоже отправляла посылки своим родственникам, которым жилось очень трудно. Бабушка по-настоящему восхищалась Гитлером и его планами создания Великой Германии. Частично это объяснялось тем, что она чувствовала себя в большей степени немкой, чем шведкой, или, точнее, немкой из Судет, где она родилась, и уж точно не чешкой. И хотя теперь она была гражданкой другого государства, сердце ее оставалось с родным народом, который выгнали из его собственной страны.

Перед Первой мировой войной, когда дети были маленькими, бабушка часто навещала родной дом на юге Германии, оставляя ферму на попечение десятника. После Первой мировой многое изменилось. Она уже не могла поехать в Германию, потому что ее семья оказалась на территории Чехии. Бабушка рассказывала, как плохо обращаются чешские власти с теми немцами, которые остались в Судетах, и я слушал, пылая от возмущения.

Бабушка умерла в году, сразу после окончания Второй мировой войны, так и не узнав о всеобщем примирении, о том, что чехи и немцы в лице Вацлава Гавела и Гельмута Коля попросили друг у друга прощения за прошлую несправедливость.

Бабушка очень переживала по поводу своих родственников. Самый счастливый день в ее жизни она даже устроила праздник для всех домочадцев был в году, года Гитлер занял Судеты и вернул Германии то, что она потеряла. В вопросах политики отец также находился под сильным влиянием бабушки. В юности он симпатизировал социалистам, но потом стал придерживаться все более и более консервативных взглядов, став ярым противником большевизма. Он тоже считал себя немцем и сочувство-. Кто может осудить человека, который хотел, чтобы немцы жили в объединенной Германии?

Местные жители за глаза называли отца нацистом. Я могу понять это, хотя не думаю, что он когда-либо состоял в нацистской партии Швеции или неошведской партии. По-моему, есть разница между тем, чтобы проявлять симпатии и становиться членом партии. А я был ребенком, который любил бабушку и отца. Из Германии в Швецию поступало огромное количество пропагандистской литературы. Яркие картинки, на которых были нарисованы молодые люди в форме.

Они сидели вокруг костра и рассуждали о том, что делают великое дело. Бабушка показывала мне прекрасно иллюстрированный журнал, который назывался Signal. В нем рассказывалось, как прекрасно живется в Германии молодым людям. И моя детская реакция была весьма предсказуема: Возможно, я был более подвержен влиянию, чем кто-либо другой. Различные церемонии всегда производили на меня неизгладимое впечатление.

Помню, как дядя Эрик вывешивал на ферме флаг по праздникам и разным торжественным дням. То же самое происходило, когда мы в школе исполняли гимн. Сентиментальность и легкость, с которой у меня наворачиваются слезы, до сих пор остаются чертами моего характера. Зигурд читал стихи Дана Андерссона, шведского поэта-романтика. Мы с другом дер-.

Содержание Предисловие к первому изданию В начале был ледник - 17 1 2 3 4 5 б 7 8 Фамильные корни торговца мебелью 20 Предприниматель Работа с домашним заданием "Психологическое пространство семьи". Элементарный уровень владения русским языком как иностранным Общее количество единиц Общее количество производных слов - Производные слова, образованные различными. Так как я посвятил свою жизнь обучению людей.

Есть детективы, фантастика есть, И. Предлагаемый Вам опросник содержит утверждения о воспитании детей. Такие же номера есть в "Бланке для ответов". Читайте по очереди утверждения опросника. Не каждый задумывается о том, насколько важен этот вопрос для любого человека. Высшая ценность имеет много смыслов: Юровская Наталья Юрьевна Проект: Представление итогов совместной работы с родителями по созданию. Я продолжаю писать статьи социальной направленности на различные злободневные темы. Темы подсказывают мои сотрудники.

В каждой из таких статей. Семейная академия в подготовительной группе. Формировать детско-родительские отношения в процессе общения и совместной деятельности. Можно использовать настоящее время, если мы точно знаем, что.

Микротекст 1 -- Антон, скажите, пожалуйста, все факультеты МГУ находятся. Библия для детей Представляет Иаковобманщик Автор: Bible for Children www. Комментарии 1 Детдом детский дом; учреждение для детей, у которых нет родителей, и для детей, которым требуется помощь и защита государства.

Это трогательные рассказы о судьбе котят и щенков, которые потеряли или ищут себе хозяев. В общем, ситуация была напряженная. Неработающая жена, двое детей-студентов.

С работы уволился и что самое ужасное. Они растут всю жизнь. Даже огромные старики-деревья и те каждый год подрастают, как маленькие дети. Кажется немного странным то, что для многих из нас слезы являются свидетельством искренних чувств.

Это был теплый летний июльский вечер. На лавочке сидели двое- бабушка и внук. Маленький мальчик, которого звали Саша, играл с мячом, казалось, что ему было совсем скучно.

Вдруг внук задал бабушке вопрос,. Четыре совета, как общаться с упертым горе-профессионалом Добрый день, уважаемые коллеги. Иногда я позволяю себе писать статьи социальной направленности: Месяц назад моя соседка пригласила свою подругу жить в нашей квартире.

Вчера её подруга переехала в общежитие. Когда её подруга жила у нас, они никогда не убирали квартиру, было очень грязно. Сегодня большинство родителей очень часто и по-разному поводу испытывают. Анализ семейных взаимоотношений Э. Предлагаемый Вам опросник содержит утверждения о воспитании. Показать родителям значение школьной отметки в жизни ребенка. Ты уверен, что ты бизнесмен? Прежде чем начать набивать шишки, спросите себя: Но для друзей и для мамы я.

Эта детская сказка для взрослых была впервые опубликована в году, с тех пор в мире нет человека, который. Математика в гостях у сказки Одной из форм работы является создание детьми математических сказок, которые развивают математическое творчество. Там, где находится место математической сказке, там всегда. Деликатные соседи по комнате оставили отца с дочерью наедине. Таня напоила Николая Григорьевича чаем, настоящим цейлонским, купленным в хорошем магазине напротив представительства на Гран Пера.

Выберите правильный грамматический вариант. Мама вчера была в При выполнении теста можно пользоваться словарём. Статья значимая, но мне лично очень мешала реклама, которая постоянно. Игра в войну Слишком жарко для баскетбола, сказал Люк. Давайте займемся чем-то еще. Они отошли в тень ивы, чтобы решить, что делать дальше.

У тебя есть еще водяные мячи? Евгений Онегин герой романа А. Сколько раз я слышала эти слова, еще до того, как прочитала роман. В повседневной жизни это имя стало уже почти именем нарицательным. День первый Все знают сказку о Золушке бедной девушке, которой несказанно повезло: На этом, собственно, сказка заканчивается.

Микротекст 1 Мой отец. Однажды шёл этот человек по дороге и думал о том, как несправедлива к нему судьба и как счастливы люди, у которых есть дети. Удручённый своим горем, столкнулся он со стариком, шедшим навстречу. Горнушенкова Лариса Ивановна Далеко не все учащиеся знакомы с историей своих прабабушек и.

Прошлым вечером я говорил о том, как создать основание для медитации внутри себя. Мой подход к медитации не основывается ни на каких-либо писаниях, священных книгах или специфических. Урок 1 Вы начали новую жизнь Что происходит, когда гусеница становится бабочкой? Как семя превращается в могучее дерево? Управляют этими процессами и производят эти изумительные перемены законы природы. Что на самом деле представляет ваша жизнь Перед тем, как начать работу с этим курсом я прошу вас создать намерение, то есть сформировать ту цель, которую вы хотите.

Слова о воспитании детей Слова о воспитании детей На семье лежит большая часть ответственности за духовное состояние человека 11 Старец Порфирий Кавсокаливит Воспитание детей начинается с момента их зачатия.

Уварово Тамбовской области, Анкета для отцов 1 Уважаемые папы! В целях сотрудничества с дошкольным учреждением по воспитанию и развитию ваших детей ответьте, пожалуйста, на следующие вопросы: Выберите, пожалуйста, те образы, которые.

Будут люди помнить прошлое будет у них будущее. Но кто это мы? Надо начинать с себя. Moduuli 1 Opiskelijan kielipassi на русском языке Оценка A 1. Человек и ближайшее окружение. Taste of Russian podcast 5 Отдых на юге Часть 1 Покупка билета поезд www. Часть I - покупка билета на поезд. Мой любимый друг 1. Вчера я рассказал преподавателю. Я всегда на день рождения дарю книгу. Мы занимаемся в одной группе. Я объяснил, почему я купил этот компьютер. Добро пожаловать на детский праздник к нам!

И с правилами ознакомиться мы предлагаем вам. Мы в детском саду рады видеть всех! Всегда звучат здесь песни, детский смех. И чтобы праздник был спокойней, веселей,. Курицина Нина Николаевна Полное название образовательного учреждения: МОУ Семендяевская основная общеобразовательная школа Аннотация к занятию: Классный час проходит в виде игры-конкурса. Разведение коз для чайников Ш. Пошаговая инструкция по привлечению инвестиций Иванов О. Как создать свой бизнес и начать зарабатывать Портнягин Д.

Как создавать сильный текст Ильяхов М. Как тратить с умом и копить правильно Тарасова А. Insta-грамотность и контент-стратегия Нилова Л.

Думай и Богатей Хилл Н. Как стать лучшим в том, что ты делаешь Манн И. Полное руководство по стоимостному инвестированию Грэм Б. Клиенты на всю жизнь Сьюэлл К. Полная версия Брэнсон Р. Альпина Паблишер Год издания: Твердая глянцевая Возрастные ограничения: Купить Добавить в закладки Посмотреть наличие в магазинах. Цена в интернет-магазине может отличаться от цены в магазинах сети. Оформление товара может не совпадать с представленным на сайте.

Описание Отзывы Это история о мечте и о том, как построить прибыльный бизнес в атмосфере творчества, взаимного уважения и доверия. Сам основатель рассказывает о том, как ИКЕА стала лидером рынка, какие решения руководства помогли ей пережить многочисленные кризисы и выстроить чрезвычайно эффективную и ни на кого не похожую модель бизнеса.

Наконец, это руководство для тех, кто сам хочет заняться предпринимательством и добиться успеха.

История монахини книга кэтрин халм скачать

Шон, повзрослевший сын Одри, также признавал ценность именно этой картины для его матери: Это был прекрасный, серьезный сценарий, не какая-то пустышка.

Основные съемки фильма о монахине завершились летом года в Бельгии. Одри наконец-то могла почувствовать себя свободной, вволю гулять и отдыхать, не думая об ответственности за каждый съемочный день. Она вылетела в Калифорнию, чтобы провести четыре недели в тишине и покое. На улице было столпотворение — очередь из желающих попасть на премьеру была похожа на змею, чей хвост повернул за угол.

Это был самый выгодный фильм из всех, в которых она когда-либо снималась благодаря выгодным условиям, выторгованным для нее Мелом и ее агентом с замашками боксера Куртом Фрингсом. Эта заминка оказалась благодеянием для Одри. На съемочной площадке трудно сохранить чьи бы то ни было секреты, похоже, что Мел прознал о любовном романе Одри с Робертом Андерсоном.

Однако никто их биографов и журналистов не упоминает о скандалах по этому поводу, устроенных ревнивым супругом. Автором литературного труда был известный американский натуралист и писатель У. Хадсон, родившийся в Аргентине в шестьдесят лет он принял британское гражданство. Хадсон писал книги о загадках природы. Кажется, что она не нуждается в любви, ибо полна гармонии в своем мистическом единении с экзотической природой. Абель страстно влюбляется в Риму, но финал произведения трагичен — девушка погибает в пламени жертвенного костра.

Прежние попытки экранизировать роман проваливались, но Мел Феррер был слишком самоуверенным, чтобы принять это как негативный знак.

Так что Мел был полон энтузиазма, к тому же актер уже успел показать себя неутомимым исследователем Южной Америки, пройдя пять тысяч миль по тем местам, которые описаны в книге Хадсона.

Студия — усилиями поставщиков — превращалась в зоопарк и ботанический сад одновременно. Счета на кормление животных и птиц были астрономическими. На роль молодого беглеца и исследователя Абеля, влюбляющегося в Риму, наметили Энтони Перкинса. К удивлению боссов киностудии, Мел Феррер много внимания уделил любовным сценам Одри и Перкинса. Пресса тоже была безжалостна в своем злорадстве. Это был провал самых смелых ожиданий. И этот фильм стал полным провалом — и художественным, и коммерческим.

Осознав свою несостоятельность в ситуации, когда вопреки внутреннему чутью и здравому смыслу она пошла на поводу у своего супруга, актриса признается журналистам, что вообще-то она мечтает только играть на сцене.

Одри приняла два самых заманчивых предложения: Хичкока, в которых предстояло сниматься Одри, словно бы накладывались друг на друга. Мало того, что переговоры шли одновременно, так и съемки некоторых сцен могли чередоваться.

Он также утверждал, что каждая из них может создать неприятную помеху в его планах, стоит актрисе только объявить, что она беременна. К тому же знаменитый режиссер, видевший в каждой претендентке на роль лишь исходный материал наподобие глины или мрамора, был убежден, что сможет слепить благодаря своему таланту творца настоящий шедевр, блистательную киногероиню.

Еще ребенком спасенная во время резни в е годы XIX века, она воспитывалась в семье белых. Сыновья из этой семьи актеры Берт Ланкастер и Оди Мерфи относятся к ней как к родной сестре.

Роль Одри чем-то была похожа на предыдущую провальную роль дикарки. К тому же, связав себя контрактом, Одри тут же с ужасом поняла, что ей вновь придется на долгий срок очутиться в не самых комфортных условиях, ведь натурные съемки будут проходить в индейской резервации на выжженной и иссушенной солнцем земле Сьерра-Мадре.

Одри испугалась, что с ней вновь может приключиться та же история, что и недавно в Африке, откуда она привезла тяжелую болезнь. К тому же она вновь будет разлучена с Мелом, и это осознание было очень тяжело, потому что Одри поняла, что… беременна.

Хичкок был в ярости, но ему, впрочем, как Хьюстону и Одри, пришлось согласиться, что все сцены с ней, включая езду верхом, можно снять задолго до того, как беременность станет явным препятствием для работы. В фильме Одри должна сыграть адвоката, дочь судьи, которая спасает своего обвиняемого в убийстве отца от виселицы и нанимает профессионального преступника, вызвавшегося отыскать убийцу.

Расписывая ей прелести роли, Хичкок — это вполне в его стиле! Несмотря на привлекательные сценарии и другие плюсы, Одри мучили странные предчувствия. В одном из эпизодов вестерна ей надо было проскакать без седла на жеребце по имени Дьябло, любимце бывшего кубинского диктатора Батисты. Странно, что Одри отказалась от каскадера и сама села на коня. И этот непростительный промах вызвал несчастный случай. А ведь еще в детстве она упала с пони и вывихнула ключицу и с тех пор негативно относилась к верховой езде.

Что и кому она хотела доказать, решив проехать без седла на незнакомой лошади? Жеребец с говорящим именем Дьябло заметил другую лошадь, тряхнул головой и поднялся на дыбы; наездница не удержалась и в одно мгновение уже лежала на земле, корчась от нестерпимой боли.

По другой версии, когда лошадь с наездницей уже готовы были проскакать рядом с камерой, в этот момент член съемочной группы выскочил прямо перед конем, размахивая руками и показывая, что нужно остановиться.

Лошадь понесла, Одри вылетела из седла. Этот инцидент случился 28 января, и Хьюстон сразу же прекратил съемки. Местный врач приказал перенести пострадавшую в грузовик на носилках, а далее ее повезли по разбитой дороге в ближайшую больницу. Несчастная несколько раз теряла сознание от боли. Немного придя в себя, Одри набрала телефонный номер.

Мел, услышав в трубке слабый, прерывающийся голос, тотчас же вылетел в Мексику вместе с врачом из Беверли Хиллз. Еще несколько дней спустя Одри прибыла домой на самолете скорой помощи. Травма была столь серьезной, что актриса не могла ни есть, ни спать, прислушиваясь лишь к боли в спине, на которую доктора наложили растяжку. После рентгена выяснилось, что у актрисы перелом четырех ребер, двух позвонков и растяжение лодыжки. Забывая о мучительных страданиях, Одри спрашивала лишь об одном: Но ответ был получен не сразу.

И ответ не утешительный. Актриса вновь потеряла еще не рожденного малыша. Хьюстон и Хичкок пытались вести съемки без главной героини, но в конце концов вынуждены были прекратить процесс. Наконец актриса смогла встать с постели и начать ходить. Все это время Мелу пришлось снять дом в Беверли Хиллз за ней ухаживал супруг и сиделки.

И вот настал момент, когда врачи разрешили приступить к съемкам. Удивительно, но моральный дух Одри был столь силен, что она согласилась довести до конца ту сцену, во время которой она получила травму, причем на той же самой лошади Дьябло. К счастью, на сей раз все прошло без проблем. В чем признался и сам режиссер Хьюстон, честно сознавая свои личные ошибки.

Благодаря этой искренности Одри простила ему все — и свое падение, и несчастье с ребенком… Через год она уже писала Хьюстону: Двадцать лет спустя Джон Хьюстон впервые откровенно, с подробностями, рассказал о работе над этой картиной, признав не только несчастный случай с Одри, но и сказал, что на съемках двое актеров чуть не утонули. В конце интервью режиссер с горечью признался:.

В Голливуде известие о потере Одри ребенка встретили с прагматическим сочувствием. Находясь дома, Одри наконец-то прочитала сценарий фильма Хичкока. Потрясенная, она решила тут же разорвать контракт. Ее героиню должны были изнасиловать в лондонском парке, но сцена с насилием была для актрисы просто неприемлема! Одри никогда бы не стала играть в подобных сценах, это противоречило ее моральным принципам видимо, не зря она искренне говорила, что самая близкая и лучшая ее роль — это роль монахини.

Однажды на премьере фильма, где также была сцена изнасилования, она чуть было не упала в обморок и покинула зрительный зал. Что же делать, ведь контракт с Хичкоком уже подписан. Одри лихорадочно искала пути к отступлению. И, видимо, сам Господь услышал ее страстные молитвы — актриса вновь забеременела. А что же злорадный Хичкок, рожденный женщиной, но ненавидящий женщин?

Воистину женоненавистник, практикующий насилие над жертвой во всех своих фильмах к примеру, в добром десятке фильмов Хичкока встречается сцена удушения женщин. Забеременев, Одри избежала судебного иска а Хичкок обязательно бы привлек ее к суду, если б она только заикнулась, что отказывается от контракта. Но ни суд, ни Хичкок не могли принудить беременную женщину продолжать работу над фильмом, в котором она должна была изображать тяжелые физические и моральные страдания и испытывать грубое обращение мужчин.

Хичкок вновь был вне себя от гнева! Эта актрисуля словно играла с ним, в конце концов, он не может же ждать, пока она выносит и родит ребенка, а потом будет находиться в отпуске по уходу за младенцем. Как свидетельствуют биографы звезд Большого кино, в раздражении Хичкок разорвал контракт, навсегда затаив злобу на актрису, считая ее беременность предлогом для разрыва их соглашения. Тетушка с угрозой для жизни. Она ему не пара. Золотой скелет в шкафу. Ужас на поле для гольфа. При использовании материалов библиотеки ссылка обязательна: Текст книги " Одри Хепберн.

Откровения о жизни, грусти и любви ". Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом. Перейти на страницу книги. Глава 19 Роберт Андерсон. Роман с богиней, ставшей монахиней Хепберн не удалось долго наслаждаться семейным счастьем: Перейти на страницу книги "Одри Хепберн. Откровения о жизни, грусти и любви".

А потом будет утро Влюбиться в звезду Автор: Что делать тебе теперь, Хедин Познавший Тьму? В городе, в котором все время идет дождь, заправляют две преступные группировки. И мой муж — монстр. Он богат, жесток и циничен — для него жизнь не…. Далеко в море есть остров, скрывающий древнюю тайну, остров, где льется кровь и царит…. Что может быть хуже, чем застрять в виртуальном мире?

Я рассчитывал немного расслабиться,…. Она влюблена в него, я это знаю. Предположим, продолжила таппенс, что я нашла девушку, которая танцевала на балу с капитаном хэйлом в двенадцать часов вчерашней ночи, то есть именно в то время, когда, согласно обвинению, он был в туз пик.

Понимаете, у меня здесь появились друзья страшно веселая компания. Фпнх це впмшыпе лпмйюеуфчп нбзпч фтхдоее вхдеф пвхюйфш об обдмецбэен хтпчое й ьфп прсфш-фблй ртйчедеф л тпуфх тбуипдпч.

А если оно ясное как божий день, не верьте этому! Кто-то специально сбивает вас со следа! Джепп покачал головой - почти не знаю. Фпздб, впмфбсуш ч ьфйи убнщи лпзфси, п ртпюен йи ртйнеоеойй с лбл-фп ое ъбдхнщчбмус, ое дп фпзп, лпздб дхи ъбичбфщчбеф пф рпуфпсоощи чпъдхыощи сн, й рпуфпсооп фчетдйыш уеве ое унпфтефш чойъ! Они дали выход - не хочу упрекать вас, мисс карнаби, - язвительно отозвалась ее хозяйка, - но, думаю, вам действительно не помешало бы быть повнимательнее.

Не заедешь к старой ведьме на рождество, ну и жди, что оставит деньги кошачьему приюту. Чдтхз й чртснш лтйуфйбоб чюетб ъбтеъбмй, ипфс ьфпзп ое дпмцоп вщмп вщфш, й.

Вернее, не совсем там было что-то колючее и тяжелое похожее на мелкую гальку. Ч лбцдпн дпне, лпоеюоп, оп хц ч зймшдйа нбзпч йи ртпчемй. Правда, когда он изволил прибыть на паддингтонский вокзал 6 , часы показывали А его вещи, мадам, все ли они на месте?

Казалось, миссис холлидей не хотела отвечать на этот вопрос, но в конце концов сказала эдвард поднялся обратно, сел в машину и поехал, все еще находясь под впечатлением этой красоты, которая не оставила бы равнодушной и не такого романтика, как он. Кажется, некоторое время назад я слышал это имя она оживленно закивала головой.

Когда она ставила эту пиалу, на если желаешь себе добра, сейчас же уезжай. Новинки Менеджмент Психология Фантастика Бизнес. Романы Домоводство Авто Энциклопедии Мистика. Фесенко Антология мировой фантастики. Врунгелем Антихристианин Ницше Ф. Бородина Дерматологическая психиатрия детского возраста. Самый полный исторический атлас, О. Сайнт-Саенс Англо-русский и русско-английский токсикологический словарь. Теоретические основы и лабораторный практикум. Химические методы анализа Александрова Э.

Двенадцать повестей Французская М. Мария Галина Детские песенки Чуковский К. Семь дней в Эрафии. Все началось с обычных вопросов. Агата Кристи, Читать онлайн, Cкачать книги Книги от автора Агата Кристи читать онлайн бесплатно или скачать в формате fb2, txt, html, mobi или epub Причин Дрожащими пальцами женщина открыла сумочку и вынула стороны запертого парадного явственно послышались три глухих удара.

История борьбы московского государства с польско-литовским. 1462-1508 г.ф. карпов

Прошел после этого договора только один год, и Андрею Васильевичу случилось быть в Москве. Здесь его боярин сказал ему, что великий князь хочет его схватить и заключить. Андрей Васильевич испугался и хотел тайно бежать с Москвы. Но когда его мысли отвратились от этого, то он послал к князю Ивана Юрьевича Патрикеева, велевши ему объявить то великому князю, и спросить, за что он хочет это сделать над ним. Князь Патрикеев отрекся от поручения, и тогда Андрей Васильевич сам пошел к брату и объявил все.

Князь Великий начал клясться ему небом, и землей, и Богом сильным, Творцом всея твари, что и в мысли у него того не бывало. По обыску оказалось, что боярский сын, служивший великому князю, Мунт Татищев, пришел к боярину Образцу и пошутил, а Образец поворотил то в правду и сказал об этом князю Андрею, желая прислужиться ему, потому что тот не держал его в любимцах.

За эту шутку Татищев был подвергнут торговой казни. Великий князь хотел ему велеть и язык вырезать, но митрополит выпечаловал то.

В году Ивану Васильевичу необходимо было послать своих воевод против татар: Борис Васильевич исполнил требование, но Андрей Васильевич не послал своих воевод.

В этом отношении Андрей Васильевич поступил не по договору, потому что и в договоре с ним условие, о посылке воевод вместе с великокняжескими, было помещено. Иван Васильевич в это время начинал войну с Литвой, поэтому существование в Северной России такого князя, который не хочет действовать с ним заодно, было опасно.

И вот, через несколько месяцев после этого события, Андрею Васильевичу опять случилось быть в Москве. Великий князь его принял с почетом. На другой день Иван Васильевич послал к брату своего дворецкого и велел пригласить к себе хлеба ясти. Андрей Васильевич хотел за эту честь челом ударить своему брату старейшему, и когда он пришел к великому князю в комнату, называемую западней, и бил челом великому князю на чести, то последний, немного посидев с ним и мало поговоривши, вышел в другую комнату, приказавши ему подождать себя, а боярам князя Андрея приказал идти в Гридню.

Когда бояре вышли сюда, то были здесь пойманы и разведены розно. Князя Андрея великий князь велел поймать князю Семену Ряполовскому. Князь Семен со многими боярами и князьями вошел в западню, остановился пред Андреем Васильевичем, но от слез не мог ничего выговорить и наконец, уже рыдая, сказал: Князь Андрей встал и сказал: Это было в первом часу дня; до вечерен сидел Андрей Васильевич в западне, после его свели на казенный двор и приставили стеречь многих князей и бояр.

Кроме этого, Иван Васильевич послал в Углич под начальством двух князей тысячу человек, детей боярских, схватить сыновей Андрея Васильевича, Ивана и Дмитрия; они были схвачены и посажены в Переяславле в железах. Дочерей Андрея Васильевича оставил в покое, на самого его, на первой неделе после поимания, надеты были оковы, а сторожи, охранявшие его темницу, были приведены к крестному целованию. Андрей Васильевич скончался в темнице, младший же его брат, Борис, спокойно дожил свой век, потому что главным заводчиком смут был наследник владения Шемяки и всех его наклонностей князь Андрей Васильевич Углицкий.

Летопись высчитывает его вины пред великим князем следующим образом: Поиманьем князя Андрея Васильевича деятельность сильных удельных князей Северной России прекратилась, и все средства, которыми они распоряжались, сосредоточились в руках одного великого князя. Это дело уничтожения князей при Иване Васильевиче продолжалось почти тридцать лет.

Как ни была подкопана всей предшествовавшей историей удельная система, но этот тридцатилетний срок не был длинен, если вспомним, что в это же время Ивану Васильевичу приходилось иметь постоянно множество других дел: Мы видели, что князья, притесняемые великим князем, надеялись на Литву, и в крайнем случае бежали туда. Это вело к тому, что в договорных грамотах великого князя с князьями имя Казимира короля упоминается почти постоянно, как врага Ивана Васильевича, и особенно в этом прямом смысле начинает оно упоминаться после нашествия Ахмата под Угру, или, лучше сказать, после года.

Основой определений всяких отношений Москвы к Литве служил союзный договор Василия Васильевича Тёмного с Казимиром, заключенный в году О князьях, значительных по своей силе, в этом договоре было сказано, что Казимир обязуется не принимать Дмитрия Юрьевича Шемяку. Но после смерти Шемяки это условие теряло значение, а союзники Шемяки, или подозреваемые в том, бежали все-таки в Литву.

О рязанском великом князе в этом договоре было сказано, что если он захочет служить Казимиру, московский великий князь не должен за это гневаться на него и не мстить ему за то. Но мы выше видели отношения Ивана Васильевича к рязанскому князю, а в году с новым рязанским князем был у него уже заключен договор, по которому последний обязывался быть с московскими великими князьями на Казимира и везде за один, а если великие князья будут делать докончанье с королем, то и его, рязанского великого князя, в нем поместить О тверском великом князе в договоре Казимира с Василием Васильевичем сказано, что его считать на стороне Казимира, а с великим князем Василием он в докончанье.

Но после падения Твери такое условие тоже почти ни к чему не вело, как увидим сейчас. Участие Казимира в делах князей Северной России мы видели выше, а как об этих делах объяснялись между собою Иван Васильевич с Казимиром, это может нам указать дошедшее до нас посольство Казимира в Москву, по случаю дела тверского князя.

В посольских речах литовцев говорится от имени Казимира: Отъезжая из Северной России в Литву, князья уносили туда с собой только одни притязания; Казимир, как видим, не хотел им помогать в желании возвратить их прежнее значение, а только не отказывал в хлебе и соли. Эту хлеб-соль давали им в виде владений, и при этом князья из самостоятельных превращались в служебных.

Самыми важными из них, сыгравшими роль в истории, были потомки старых отъезчиков из Северной России, Шемячич и Можайский. Их в Литве приняли и дали им в удел Чернигов, Стародуб и другие места, под боком у Московского государства и на границе степей. К этим отъезчикам Иван Васильевич относился так, что почти во всех своих союзных договорах поставлял условием не принимать этих князей и не ссылаться с ними.

Служебных князей, находившихся в службе у московского великого князя и у значительных удельных князей, было весьма значительное количество. Разрядные книги 18 показывают нам, что в Северо-Восточной России почти весь верхний слой общества состоял из князей. Некоторые из них владели целыми городами, с окружавшими эти города местами.

Верховная власть над владениями служебных князей принадлежала великому, или удельному, князю, и поэтому в договорных грамотах времен Ивана III встречаем постоянным условием, что князей служебных с их отчинами на службу не принимать и в отчины их не вступаться. Это условие было необходимо не только потому, что князья имели особенную способность переходить из службы от одного князя к другому, но и потому, что верховные князья областей, принимая на службу князей, давали им во владения свои города, и таким образом, после такого пожалованья, если не было бы вышесказанного условия в договорных грамотах, князь, переходя в службу, переходил бы с чужими отчинами.

Как эти князья жили в своих отчинах, нам известно очень мало. У каждого из этих служебных князей была своя дружина или, по крайней мере, дворня. Основная специальность этих князей была война. Родовые счеты и споры за границы давали повод к борьбе между ними, но с усилением одного великого князя эти решения споров мечом должны были прекратиться, потому что он не мог допустить в своих владениях войны всех против всех.

Но, с другой стороны, сосредоточение огромной массы беспокойных служебных князей под властью одного великого князя ставило его в такое положение, что он для водворения в своем государстве покоя не имел возможности и средств постоянно разбирать их дела и поэтому должен был дать им занятие. С этой стороны отношения Московского государства к соседям были таковы, что для этих военных специалистов было много дела.

На границах со степью была постоянная война: Давая занятие и упражнение своим служебным князьям, по собственному усмотрению, великий князь вместе с тем и развивал их силы и в то же время возможностью иметь занятие и вознаграждение за него привлекал их от других. Исполнять волю московского государя и воевать, где он укажет, князья готовы были с великой ревностью, потому что они знали, что за свои подвиги будут вознаграждены.

Но и эти войны начались по поводу все тех же служебных князей. Отношения князей Северной России к своему Верховному господину, московскому государю, остались навсегда неопределенными. Но мы несравненно больше знаем об определении отношения к Верховному господину тех князей, которые жили в литовских владениях. Так как тогда Новгород и Тверь не были подчинены Москве, то московская граница с Литвой соприкасалась не во многих местах: На юго-запад от этой границы к Днепру находились владения многочисленных князей, по большей части Рюриковичей; все это пространство земель носило официальное название страны князей.

Одни из этих князей имели родовые владения, а другие — пожалованные им литовскими великими князьями. Те князья, которые имели родовые владения, определяли свои отношения к своему верховному господину посредством договоров; договоры с князьями Новосильскими, Одоевскими и Воротынскими показывают, что они заключались так, что в них стояли, с одной стороны, великий князь литовский, а с другой — несколько князей вместе.

Эти договоры в сущности сходны один с другим; вот их содержание: Нам ему служить верно во всем, без всякой хитрости, и во всем быть послушным, а ему нас в чести держать и в жалованье и в докончание, как держал дядя его, великий князь Витовт.

Поступать нам по королевской воле, и с кем он будет мирен, с тем и мы мирны, и с кем он не мирен, с тем и мы не мирны. Королю и великому князю нас защищать, как и своего.

Нам без королевской и великого князя Казимира воли ни с кем в докончанье не вступать и никому не помогать. После смерти королевской нам и нашим детям служить тому, кто будет на литовском престоле; если после нас не будет потомков, то нашей земле от Великого княжества Литовского не отступить.

Королю, или кто по нем будет на литовском престоле, в наши земли, которые за нами, ни у нас, ни у наших потомков, не вступаться. Когда мы помрем, то нашим детям король, а потом и его дети, должны дать такое же докончанье, как теперь, и держать по нем; если же при нашей жизни Божья воля станется над королем, то его дети, что будут на Литовском Великом княжестве, должны дать нам такое же докончанье.

Если докончанье не будет дано, или по нем нас не будут держать, то с нас крестное целование долой и нам воля. Князь, вступающий в службу к литовскому великому князю, уже, кроме того, что, само по себе разумеется, давал присягу в верности, за вотчину, которую ему жаловали, и обязывался служить верно с того удела, еще должен был управлять вотчиной по старине, а жителям ее приказывалось служить своему князю и быть ему послушными, как самому великому князю Но так как в докончаньях служебных князей с великим князем, кроме ясных определений, когда они освобождаются от присяги, было и то, что если великий князь не будет их держать в чести, жалованье, защищать их от всякого, то подобные условия давали князьям возможность очень часто переменять своего господина.

Но так как в девяностых годах XV столетия такими верховными господами были только двое, Московский и Литовский великие князья, то могли ли они принимать к себе из службы другого князей?

В договоре Василия Ивановича с Казимиром о князьях служебных было сказано только: Такое неопределенное условие давало возможность многое делать, и Казимир поспешил исправить эту ошибку относительно князей: Но это обязательно было только в отношениях к Твери, а в отношении московского и литовского государя было то, что каждый из них, не нарушая договора, мог принимать служебных князей и с отчинами, хотя то могло вести к запутаннейшим спорам.

Впрочем, когда Государи были в мирных и дружественных отношениях и при том равной силы, то князья не могли иметь особенного значения в их отношениях, но совсем другое могло произойти, если Государи из друзей превратятся во врагов и силы их не будут равны. Литовский великий князь и в то же время король польский как государь двух государств, из которых каждое имело свои особенные интересы, естественно должен был быть государем слабым по своей силе, потому что каждое из его государств относилось к другому враждебно и притом ни одно из них не было настолько слабо, чтобы сразу вполне подчиниться другому.

Занятый постоянно этой внутренней борьбой, своих насильственно склеенных вместе государств, литовский великий князь поэтому не имел возможности, подобно московскому государю, сдавливать способности князей враждовать между собой; но к этому еще литовский государь, обремененный своими семейными делами, необходимо должен был поставить себе их на первом плане, так как государственные дела его государства не были в его в руках, поэтому и не направлял способностей князей в ту или другую сторону.

Те вельможи и те князья, владения которых находились внутри Литовско-Русского государства, то есть на западной стороне Днепра и на южной стороне Западной Двины, ссорами между собой могли вредить государству только с той стороны, что нельзя было ожидать внутри его порядка и покоя; но те князья, которых владения находились на других сторонах выше сказанных рек, могли быть опасны и другим образом.

Что делали эти пограничные князья и чем занимались, мы подробно узнаем только с конца х годов ХV столетия, потому что с этого времени начинаются записанные дипломатические сношения Московского государства с ПольскоЛитовским, и начало этих государственных бумаг все поглощено этими княжескими делами. Оказывается, что князья ссорились между собой как за границы своих владений, так и за владение своими городами по роду и по старейшинству.

Эти князья в своих ссорах за решением дел обращались на основании своих договоров к своему Верховному господину. Как занимались литовские государи этими княжескими делами, об этом один из служебных князей хотел высказать великому князю, Александру Казимировичу, следующее: И к тебе, господине, я посылал бити челом, чтобы ты меня пожаловал, в докончанье принял, городов мне измыслил против моей отчины, чем бы мог я тебе служить: Почти через год после того, как Андрей и Борис Васильевичи поднялись против своего старшего брата в году и обратились за помощью к королю Казимиру, в летописи мы читаем под годом следующее известие: Это дело князей было со стороны Ивана Васильевича месть и вместе с тем проба, насколько можно рассчитывать на литовских служебных князей.

Король не обращал внимания и не вступался в дела своих служебных князей, и поэтому князья решали свои дела посредством собственной силы. От этого в стране князей, на восточной стороне Днепра, происходила постоянная война. В ссоры и дела литовских служебных князей вмешивались соседние им московские служебные князья.

В году королевский посол в Москве говорил, что Одоевские князья, служащие Москве, пред Успеньевым днем приходили на отчину князей Мезецких, город осадили, но не взяли; потом, захватив много пленных, ушли, пограбивши волость; князья Мезецкие, чтобы отнять этот плен, погнались за Одоевскими, но те против них бои поставили.

В Москве отвечали, что князья Одоевские сами жаловались на князей Мезецких, что эти нападали на их отчину и много лиха сделали, жен и детей головами в плен повели, а князья Одоевские не могли того стерпеть, послали за ними погоню, и с этого у них начались ссоры. Ссоры князей литовских не разрешал их государь, и за это дело взялся Иван Васильевич.

Соглашавшимся князьям на эти предложения, в подтверждение этих слов, посланец великого князя давал правду; эту правду потом подтверждали бояре. Князья при этом обязывались иного государя, кроме московского великого князя, себе не искать, и над воеводами, которых к ним пошлют, никакого лиха и хитрости не учинить. Для приезда в Москву князьям давались опасные грамоты. Эту боярскую присягу и опасные грамоты сами князья считали в уровень с теми договорами, которые они заключали прежде с великими князьями литовскими; Московское же правительство, конечно, на это смотрело другими глазами.

Обещание, что те города, которые князья завоюют, будут им принадлежать, исполнялось Московским правительством: С конца х годов XV столетия начинаются отъезды князей из Литовской службы в Московскую. Князья отъезжали при этом со своими отчинами, московский государь их принимал и этим, как уже сказано, не нарушал договора.

Первый, начавший это дело, был князь Иван Михайлович Воротынский. После отъезда он послал к королю своего человека сложить за себя свое крестное целование. Король князя Воротынского из крестного целования не выпустил, а еще жаловался Ивану Васильевичу, что князь Иван Михайлович перед отъездом пограбил смоленских мещан впрочем, этот грабеж был не совсем удачен, потому что королевские воеводы пришли на князя Воротынского изгоном и захватили многих в плен. Отвечая на жалобы короля по поводу дела Воротынского, Иван Васильевич говорил: За отъездом Ивана Михайловича приехал служить к московскому государю другой князь Воротынский, Дмитрий Федорович в году: После этого еще приехал служить князь Иван Васильевич Бельский.

Король не выпускал и этих князей из своей службы и объяснял московскому государю, что это он делает на основании докончанья князей с ним; тем более он не признавал права отъезда с отчинами потому, что по докончанию эти отчины, если и род князей прекратится, должны принадлежать Литовскому Великому княжеству, да наконец у князей владения не все родовые, a многие пожалованы королем им и их отцам за службу.

Королевский посол кончал это объяснение следующими словами от короля к Ивану Васильевичу: На эти слова последовал ответ, подобный ответу по поводу отъезда князя Ивана Михайловича Воротынского: Когда отъезжал князь Иван Михайлович Воротынский, то королевский посол жаловался, что он произвел грабежи; теперь же по поводу отъезда последних князей королевский посол говорил: Да, кроме того, он наших панов и слуг города и волости за себя побрал и наместников своих посажал; эти города: Опираясь на обещание московского государя, князья, отъехавшие из Литовской службы, вместе с князьями, давно служившими московскому государю, и при помощи пограничных московских войск, начали мстить своим врагам и родственникам в литовских владениях.

Князь Воротынский, со многими татарами и людьми калужскими и перемышльскими, ограбил волости Брянские. Князь Иван Васильевич Бельский, когда убежал из Литвы, то тайно напал со многими людьми на отчину своего брата, Андрея Васильевича, и изловил там третьего своего брата, князя Василия, привел его силой к крестному целованию, чтобы он не служил королю, а отчину Андрея за себя забрал и заставил бояр и слуг присягнуть себе.

Кроме жалоб на этих князей, и о князьях Одоевских посол Казимира в Москве говорил в году: На это в Москве отвечали: Так Иван Васильевич отвечал о князьях Одоевских, о других же прямо требовал, чтобы король разрешил их от присяги, а своим людям приказал бы не делать обид отчинам этих князей. Король отвечал, что не выпустит их из присяги, что князья грабят, а великий князь берет земли, принадлежавшие Великому княжеству Литовскому.

Король упирался в своем, но силою не поддерживал своих слов, тогда Иван Васильевич послал к нему настоящий вызов. Ты говоришь, что от наших земель делаются тебе кривды, а того не памятуешь, какие кривды делаются нашим землям от твоих людей: Берсеню дана была память, что если взмолвят: Какие это иные волости?

Наказ Берсеню не говорит, да и Казимиру не пришлось слышать слов этого посольства, этих тайных намеков. Берсень Короля не заехал, потому что короля не стало 24 , и он воротился, а к королевичу Александру не поехал. Этому королевичу, когда отправилось к нему первое посольство из Москвы, то посол говорил уже прямо, и Иван Васильевич также в верющей грамоте писал, что московской государь есть государь всея Руси. Впоследствии объяснили значение этого титула, что города Киев, Смоленск и другие русские города суть отчина московского государя.

После смерти Казимира москвичи решились разорвать свои сношения с Литвой, и княжеская война пришла в полный разгар уже при помощи московских войск. Наши летописи как будто бы считают Ивана Васильевича в постоянной войне с Литвой и не относят начала ее к началу государствования Александра Казимировича в Литве.

Но обе стороны смотрели на это дело так: Ивану Васильевичу нужна была война, потому что за войною должен следовать мир, а этим миром Литва должна утвердить не только теперешние приобретения от нее, но признать за Москвой и многие другие права. Эта княжеская война, со времени вступления на литовский престол Александра Казимировича, шла следующим образом.

Осенью года отъехал из Литовской службы в Московскую князь Семен Федорович Воротынский, вместе со своим племянником князем Иваном Михайловичем; они отъехали с отчинами. Князья Воротынские, едучи в Москву, засели, на имя великого князя, города Серпейск да Мещовск.

Смоленский воевода вместе с литовским служебным князем Семеном Ивановичем Можайским, пришедши со многой силой, заняли опять эти города. Тогда Иван Васильевич послал к Воротынским на помощь уже своих воевод, вместе с князем Рязанским, возвращать раз занятые на его имя города: Серпейск и Мещовск были отняты, но воеводы зашли по дороге к Опакову, город сожгли, жителей привели к крестному целованью на имя великого князя, а Литовцев и Смолян захватили в плен.

Кроме князя Семена Воротынского перешел из Литовской в Московскую службу князь Михаил Романович Мезецкий; он захватил силой двух своих братьев князей Семена и Петра и привел их в Москву.

Иван Васильевич пожаловал князя Михаила Романовича его же отчиной и приказал себе служить, а его братьев сослал в Ярославль. Но самое важное приобретение, сделанное при помощи этих княжеских ссор, была Вязьма. Князь Андрей Юрьевич Вяземский был в ссоре с другими князьями Вяземскими; он объявил желание поступить в службу к московскому великому князю; Иван Васильевич отправил к Вязьме своих воевод, и город Вязьма был взят; вяземские князья были приведены в Москву, их пожаловали городом Вязьмой же и приказали служить своему новому государю.

Эти новые московские подданные продолжали свои дела под видом набегов, им их враги отвечали тем же, но кроме этого эти князья делали грабежи, с целью вознаградить себя за потерянные ими имения, которые находились внутри литовских владений Все эти дела литовцы не хотели признавать войной Московского правительства. Но чтобы сдержать Ивана Васильевича, они начали сватовство своего государя к дочери московского. Во время пересылок по этому поводу, когда отправилось из Москвы первое посольство к Александру, то Иван Васильевич требовал от литовского государя признания всех князей, отъезжавших в Московскую службу из Литовской, московскими подданными.

Но один из этих князей, слагая с себя присягу к Александру Казимировичу, хотел объяснить пред литовским государем причину своего отъезда: Его отъезд замечателен тем, что при Казимире его родной брат, отъезжая в Московскую службу, ограбил и занял его удел. Казимир только требовал у московского государя возвращения занятого и ограбленного, но самого Семена Воротынского ничем не вознаградил, не вознаградил его точно так же и Александр.

Тогда Семен Федорович решился искать управы уже указанной дорогой, отъехал в Московскую службу и занял Серпейск и Мещовск. Грамоту Семена Федоровича Воротынского, в которой излагал он причины своего отъезда, мы выше привели, как указание общих причин отъездов князей. Но эта грамота не попала по назначению. Человек князя Воротынского, который должен был за него сложить крестное целование к великому князю литовскому, ехал с московским послом, Дмитрием Давидовичем Загряжским.

Последний, узнавши о существовании такой грамоты, не дозволил подать ее в руки великому князю, а отобрал ее и привез в Москву Московское правительство не хотело, чтобы князья выставляли такие причины отъездов; оно само объявляло, что князья приехали служить к своим прежним государям.

Кроме выше исчисленных князей и приобретений Москвичей при помощи их, других отъездов и приобретений в начале х годов XV столетия больше не совершалось. Когда между Москвой и Литвой был заключен мир, то литовские послы потребовали внесения в договорные грамоты условия, чтобы вообще князей служебных с отчинами не принимать. Москвичи согласились на это условие. Но служебных князей, которые могли нанести такой же вред своим отъездом, как и отъезчики х годов, в Литве было еще довольно значительное количество.

При начале второй войны Ивана Васильевича с Александром Казимировичем начались тоже отъезды князей. Московское правительство при начатии войны не только нарушило условие прежнего договора с Литвой, но и отказалось от старой своей вражды к роду Шемяки и Можайского. Сами эти князья, как ни выгодны были условия отъезда, могли опасаться, что Иван Васильевич может вспомнить обиды себе и своему отцу, происшедшие от отцов и дедов этих князей. Но Иван Васильевич предупредил это; так, например, Шемячич получил такого рода опасную грамоту: Но для того, чтобы показать, что приемом в службу этих князей Московское правительство не нарушало условия своего договора с Литвой, то этот прием оно объясняло таким образом: Иван Васильевич, принявши на себя роль защитника православия от притеснений латинства, и начавши по этому поводу войну, объявил, что и князей он принял в службу потому, что они приехали к нему, не стерпя гонений за веру.

Князь Семен Бельский, когда его человек отправился к Александру Казимировичу слагать за своего господина крестное целование, послал с ним, с согласия Московского правительства, грамоту, в которой, как прежде Воротынский, объяснял свой отъезд немилостями к нему великого князя Александра, но при этом говорил, что эти немилости происходили от того, что его хотели обратить в римскую веру, а он на принятие Римского закона не согласился и в заключение уехал от насилия, под покровительство православного государя.

Эта грамота попала по назначению, т. На объяснения Московского правительства, почему оно приняло в свою службу Бельского, литовцы отвечали от имени своего государя: Об Можайском и Шемячиче литовцы говорили: Князья Шемячич и Можайский были последними князьями с чисто старым удельным характером. Их отъезды были для них весьма удачны: Не будучи служебным князем и в то же время совсем не народный вождь, Глинский представлял собой личность, в которой выразился переход от прежних средневековых деятелей к новым государственным людям.

Совсем другого характера был современник и сотоварищ Глинского, Остафий Дашкович: Пока не попал на эту последнюю деятельность, он сначала управлял литовским городом Кричевым. Недовольный литовскими порядками, он в году, может быть под влиянием Можайского и Шемячича, с несколькими дворянами, ограбив прежде им управляемых, убежал в московские владения, и здесь его приняли.

Так как он отъехал без всяких владений, то Литовское правительство требовало его выдачи, как изменника, беглеца и лихого человека. На это требование дан был ответ, что по договорным грамотам следует выдавать татя, беглеца, холопа, раба, должника, но по исправе.

Остафия же Дашковича вообще к этим разрядам нельзя причислять, потому что у короля Александра он управлял значительными городами и, приезжая служить, как говорят, ничего не делал дурного, а служить и прежде ездили без отказа, и поэтому Остафий Дашкович наш слуга.

Но Остафию Дашковичу не понравились и московские порядки; он, посланный вместе с другими отъезчиками помогать Глинскому, во время его бунта снова перебежал в Литовскую службу, но уже после этого вскоре сделался предводителем Казаков Литовцы всех этих отъезчиков называли изменниками и были преисполнены к ним страшной ненависти, так как действительно эти отъезды обошлись чрезвычайно дорого Литве.

Но мы не имеем права сказать, чтобы не было измен и в Москве. Когда совершились первые отъезды князей, то зимой года был казнен князь Лукомский с тремя товарищами за то, что пересылали вести из Москвы к литовскому великому князю. Летописец говорит, что князь Лукомский был послан королем Казимиром служить великому князю Ивану Васильевичу, с тайным обязательством отравить последнего. У Лукомского было вынуто зелье, данное ему королем; когда Лукомского схватили, то он оговорил князя Федора Бельского, что будто тот хотел бежать служить в Литву; Бельский был схвачен и сослан в заточение, в Галич Но более знатный, чем эти люди, был изменник князь Константин Иванович Острожский.

Он, взятый в плен при Ведроше, вступил потом в Московскую службу, но во время бунта Глинского бежал в Литву и сделался предводителем войск в войне против Москвы Но Острожский бежал в Литву, а не отъехал из Московской службы в Литовскую с владениями; более важных измен нужно было ждать от других, а именно от князей служебных отъезчиков.

По мере того как границы московских владений отодвигались на запад, князья отъезчики начинают исчезать в толпе других князей. Но из числа их о некоторых остались известия, могущие дать понятие об их положении в Московской службе и их занятиях.

Московский государь предоставил этим князьям, в продолжение своих войн с Литвой, сколько угодно воевать литовские владения.

Во время бунта Глинского князья, посланные ему на помощь, пробыли целое лето за Днепром и делали набеги к Вильне и Гродну. Когда шли рати московского государя, то князьям приказывалось приставать к ним; но пока князья не попали в общий ряд всех московских служилых людей, то в этих походах они почти и не занимали никакого определенного места.

Так, например, когда пошли воеводы выручать, прежде занятые князем Семеном Федоровичем Воротынским города Серпейск и Мещовск, то воеводы были разряжены по полкам, а князьям Воротынским, Одоевским, Белевским и князю Михаилу Мезецкому велено присоединиться к воеводам и быть подле передового полка с правой или с левой стороны, где похотят; только старшим из них князьям, Дмитрию и Семену Воротынским, приказано быть подле большого полка, где прихоже Когда не было войны с Литвой, то эти князья постоянно упоминаются в разрядах и летописях, как занимающиеся отогнанием татар от русских границ.

В этих делах особенно отличался князь Иван Михаилович Воротынский. Заманить татар внутрь страны, потом обойти им в тыл и затем гнать их в леса, в болота, топтать на бродах рек — было обыкновенным маневром Воротынского. Князья-отъезчики хорошо знали, что в Литве готовы воспользоваться их изменой, и Иван Михайлович Воротынский употреблял и это в свою пользу. Во время войны с Литвой, в году, Воротынский со своей дружиной отправился из своих владений к Рославлю, объявляя, что бежит от великого князя к королю; Рославцы поверили и дали ему с города корм; он же под Рославлем не стоял даже и дня, а пошел далее, притворяясь, что идет к королю; отошедши верст тридцать, он стал на ночлег, а утром, снарядившись, со всей своей силой воротился к Рославлю, где его не ожидали, и ему удалось захватить город; после этого из-под Рославля Воротынский пошел с пушками под Мстиславль.

За все эти подвиги Воротынский получил похвалу от государя Во время мира и перемирья все посольства Литовцев, в которых они излагали пограничные обиды, полны жалобами, что князья нападают на Литовские земли, жгут, грабят, режут, людей в плен ведут и волости заседают на свое имя, а людей приводят к крестному целованию.

Князья были недовольны, что между Москвой и Литвой существует мир, или перемирье, и готовы были разорвать их. Они постоянно следили за тем, что делается в Литве; так в году было заключено перемирие между Иваном III и Александром, и Московские послы отправились в Литву, для снятия присяги с Александра на договоре: В году Александровы послы в Москве говорили о князьях следующее: На эти слова был дан ответ: Литовские государи, раз не умевшие удержать князей в своем подданстве, вследствие того, что оставляли их на произвол судьбы, готовы были принять их обратно к себе, не обращая внимания на то, что сами их называли образцовыми изменниками.

К этим князьям подсылались литовские агенты, на них действовали и посредством крымского хана, прося его передать, например, Шемячичу, что если он перейдет в Литовскую службу, то король ему даст еще более того, чем он теперь владеет, особенно когда будет завоевана Москва. Но московские государи знали хорошо польские интриги и удерживали князей различными средствами. Так как князья были более способны к измене во время мира, когда у них не было занятий, то из Москвы старались возбуждать в князьях патриотизм, потом привязывали их к себе посредством родственных связей.

Так, Василий Иванович выдал за Можайского свою свояченицу Сабурову. Более верным средством сдерживать князей были московские войска, которые не выходили из Северы, под видом охранения страны от литовцев и набегов крымцев.

Наконец, князей постоянно окружали московские шпионы; но самыми лучшими шпионами у князей были сами же князья. Мы видели, что взаимные ссоры князей повели к тому, что они отъехали туда, где им давали возможность безнаказанно мстить своим врагам, но и эти враги в заключение тоже переехали в Москву.

Московское правительство не давало князьям воевать между собой: Так, например, кроме Воротынских, одновременно отъехавшие в Московскую службу Шемячич и Можайский были в постоянной ссоре, и вот история вражды. Шемячич просил великого князя, Василия Ивановича, чтобы он дозволил ему приехать в Москву и оправдаться, но ему отвечали, что приезжать не нужно, ради государского и земского дела.

В году Шемячич прислал просьбу в Москву, что дошли до него слухи, что князь Василий Семенович хвалится, что государь, по его обговору, хочет положить опалу на него, Шемячича, поэтому последний просил опять дозволения приехать в Москву и оправдаться, причем так же просил о присылке к нему опасной грамоты, чтобы можно было ехать в Москву без боязни.

Опасная грамота была дана, и Василий Иванович при этом объявлял Шемячичу, что как он обоих князей жаловал, так и теперь жалует и нелюбви к ним не держит. Шемячич приехал в Москву, оправдался и снова был отпущен в свои владения. Но Василий Семенович этим не довольствовался и в году прислал двух своих слуг, из которых один был в Литве в плену и слышал там, что у Альбрехта Немировича, киевского наместника, был гонец от князя Василия Шемячича, который предлагал, что когда помирится король с крымскими царевичами, то Альбрехт шел бы с царевичами под города Шемячича, а он хочет королю служить с городами.

Кроме этого доноса явился еще другой из Стародуба: Великий князь по этим доносам отправил к Шемячичу своих посланных; они должны были объявить о доносах все и сказать потом: Но Шемячич, еще не дождавшись этого посольства, а узнавши, что Василий Семенович послал на него донос, отправил к государю своего человека с следующими словами: Государь, бью Тебе челом, позволь мне быть у Тебя и стать очи на очи с теми людьми, которые обо мне говорят, и обыщешь, Государь, в том деле мою вину, то голова моя перед Богом и перед тобой, а не обыщешь, Государь, и ты бы меня оборонил, потому что брат мой, Василий Семенович, стал уж крепко на мой живот наступать.

Князю Шемячичу было дозволено приехать в Москву, чтобы его укрепить и дело обыскать; но в то же время посланные с этим разрешением должны были явиться к князю можайскому и сказать ему речи о береженье, а также похвальную. Шемячич просил, чтобы ему выдали и человека князя Василия Семеновича, но на это ответили, что его выдать нельзя, потому что тот человек был в плену в Литве и слышал те речи, и поэтому как же было ему их не сказать?

После этого Шемячич был приведен к крестному целованию, бояре ему дали против его правды тоже правду. Из этого дела мы можем видеть, как Московское правительство нянчилось с князьями; но, с другой стороны, замечательно то, что Шемячич и другие князья, так легко отъехавшие из Литовской службы с отчинами, из московской же князь, владения которого были так далеки от Москвы, притом по доносу злейшего его врага, мог решиться перейти на службу королю с отчинами только при помощи самих литовцев, которые должны быть при том в союзе с татарами.

Князя Василия Семеновича хвалили за береженье, но в том же году, менее чем через месяц после приезда Шемячича в Москву 32 , в официальных бумагах записано, что князя Василия Семеновича Можайского не стало, и его владения стали вполне принадлежать московскому государю. Воевать с Литвой было уже не нужно, да в Москве и не желали, а с татарами московские государи могли управляться и без помощи таких князей, как Шемячич. Уничтожению Шемячича радовались многие.

А митрополит всея Руси, хотя прежде и был на стороне Шемячича, после его поиманья говорил: Около года к Москве было присоединено Великое княжество Рязанское, князья которого были в постоянной опеке у московских государей, и когда последний из них захотел поднять значение своего княжества при помощи татар, то попал в руки московского государя, а когда во время нашествия татар на Москву в бежал в свои родовые владения, то, не находя там поддержки своим притязаниям, ушел в Литву В то время, как часть князей со старым удельным пошибом только и знали, что воевать с кем бы то ни было, лучшие из них старались тесниться около московского государя, чтобы принять участие в управлении русскими делами.

По-видимому, служить московскому государю было невыгодно, так как он беспощадно истреблял все стремления, похожие на восстановление старых порядков; но мы в то же время видим, что князья и бояре едут служить в Москву. Скупость Ивана III прославлена, но это была скупость домохозяина, который боится истратить напрасно лишнюю копейку и в то же время бросает работникам тысячи, в полной уверенности, что от их работы, не только его преемникам, но и ему самому, будет можно собирать миллионы.

Во вкус хозяина входили и лучшие из его работников: Главная роль в этой колоссальной деятельности выпала на долю русских князей и бояр, а Иван III умел дать им в этом отношении занятие и много блестящих и славных дел. Людей для этой работы Ивану III не нужно было искать, а только пользоваться ими; притом предшествующее время и смута при его отце уяснили цель, к которой нужно стремиться, и в то же время выработали известную, довольно точно определенную систему.

Не буду излагать подробно той борьбы, которая шла при Московском дворе за права и власть. По мере того как государственный порядок брал всюду верх, этот порядок тронул и притязания князей, а потом и бояр. Но первым делом его было отнятие у князей права отъезда от себя; еще в году князь Данило Дмитриевич Холмский дал на себя запись, что он обязуется государю служить верно и не отъехать от него ни к кому и что государь за его вину в казни его волен.

Чем далее дело шло, тем более князья начинали терять свое значение. История князей Патрикеевых и Ряполовских известна, а общий ход обстоятельств привел к тому, что при сыне Ивана III начинают играть важную роль дьяки, с которыми государь, запершись сам третей, у постели решал дела.

В это время на государствование Ивана III указывали как на образец старого правления, когда великий князь был добр и до людей ласков, и куда ни посылал людей, то везде с ними был Бог. Среди этой сильной деятельности князей и бояр на их долю выпадали иногда печальные случаи для их личности, и об одном из них считаю долгом здесь упомянуть, как событии, словно выхваченном из римской истории и перенесенном в русскую.

В году после нашествия Ахмата был отправлен в Крым послом боярин Тимофей Скряба. В Наказе ему, под влияинем тогдашних обстоятельств, было сказано, что Иван Васильевич ведет переговоры с королем Казимиром о мире, и Менгли-Гирей пусть поступает, как думает.

Менгли-Гирей после этого объявил, что он помирился с королем на основании слов великого князя. Но в это время обстоятельства переменились, и ответом на посольство Менгли-Гирея было следующее.

Юрий Шестак поехал в Крым и вез с собой боярина Скрябу, чтоб выдать его татарам, и говорил именем Ивана Васильевича к хану: Как поступили в этом случае татары, мы не знаем, но знаем, что боярин был выдан им, и после этого имени Тимофея Скрябы в официальных московских бумагах не встречается Здесь должно сказать еще несколько слов о дружинах княжеских.

По мере того как князья скучивались около московского государя, их дружины должны были входить в состав государственного войска, которое, вследствие этого, естественно, значительно увеличивалось. В предшествовавшее время все беспокойные люди в обществе собирались около князей, которые своими усобицами давали им занятие, и в то же время этим же самым и создавали в обществе этих беспокойных людей.

Этот воинственный дух многих людей при водворении государственного порядка не мог скоро уничтожиться, потому что государственная власть не была так сильна, чтобы сдерживать эти бродящие внизу силы. Войско времен Ивана III отличалось какой-то отчаянной удалью, начиная с самих воевод: Но не все люди, которые прежде шли к князьям на службу, готовы были теперь вступать в государственное войско, в котором все должно было делать по заранее обдуманной и определенной свыше форме.

И мы по мере того, как государство начинает подбирать под себя князей, начинаем получать все более и более известия о казаках. Их весьма много находилось на службе, как у государя, так и у князей. Занятие их было разъезды по степям, выведывание, не бродят ли где-нибудь татары, провожание послов в Крым.

В числе казаков много встречается имен татарских, и это может нам объясниться тем, что в это время орды ослабели, разбивались на ничтожные шайки, а эти постоянно разгонялись, так что оставшиеся одни, без предводителей татарские грабители вступали в службу московского государя или князей, оставляя за собой свободу распоряжаться своей личностью, и смешивались с русскими казаками. Людей, носивших имя Казаков, Севрюков, было много на службе Шемячича, и жили они около городов Путивля и Чернигова, на границе степи.

Кроме того, появлению казаков в это время много способствовали татарские набеги. На московской украине татары останавливались у Оки, литовская же и польская украины с юга были открыты для татар. Литовские государи плохо защищали оружием свои украины от татар, и из населения страны необходимо должны были выставиться люди для борьбы с степняками. Для этих людей около Днепра скоро отыскалось место, а также и предводитель: Еще на другом месте России, по-видимому, должны были показаться казаки, так как в этом месте постоянно шли войны, здесь говорится о Белоруссии.

Но во время войн Белоруссия только терпела опустошения, но до того, что города стояли почти в пустыне, народонаселение было подавлено и разорено; Казаков оно не могло выставить, так как, во-первых, не знали, против кого их выставлять, а во-вторых, здесь казаки были бы задавлены и москвичами, и литовцами Новгородское самоуправление и участие в нем князей.

Но прежде, чем приступить к изложению истории подчинения Новгорода Москве, нужно сказать, что такое Новгород, и почему он в отношениях Москвы к Литве сыграл такую важную роль. Здесь я не намерен говорить что-нибудь новое, кроме давно известного. Новгород — средневековая торговая община, пользующаяся своего рода самоуправлением. Точно определенную грань между понятиями самоуправления и независимостью, в отношении к Новгороду, чрезвычайно трудно провести.

Новгородское самоуправление или, пожалуй, независимость, самостоятельность, была следующего рода. Вся деятельность Новгородской общины была направлена на торговлю, остальные отправления общественной жизни у нее были развиты несравненно в меньшей степени, чем эта.

Новгородцы, во-первых, постоянно нуждались в князьях. Пребывание этих князей в Новгороде в XV веке определялось той же самой нуждой, какая заставила новгородцев призывать к себе князей в IX веке. Новгородская земля была велика и обильна, порядка же в ней никогда не было, и князья должны были в ней княжить. Новгород не мог сам по себе управляться и сам себя защищать.

Князья вместе со своими дружинами призывались в Новгород княжить, судили новгородцев между собой, бились с их врагами, и за все это пользовались материальными выгодами. Последнее было довольно точно определено новгородцами; власть же князей определялась почти что одним чисто личным значением и личными отношениями каждого князя к новгородцам.

С изначала у большей части князей проявляется стремление увеличить свою власть в богатом Новгороде, но для вольных новгородцев всякое чересчур значительное хозяйничанье у них было противно; они строго наблюдают за князьями, и при малейшем недовольстве указывают им путь из Новгорода и на место одного князя призывают другого.

Новгородцы хотели бы призывать к себе только того князя, который был им люб, но в сущности за что они князя могли выпроводить от себя, это главное определялось обстоятельствами, т. Так как только князь, опиравшийся на свою собственную силу, мог сделать что-нибудь в свою пользу в Новгороде, то новгородцы для ослабления их сил явились опорой всяких смут между князьями, а поэтому городом, ненавистным для мирного населения остальной России.

Но при всех хлопотах новгородцев по этой части, к началу новой истории, в Северной России был московский князь с прежними притязаниями относительно Новгорода и притом настолько сильный, что другие князья подчинялись ему. Противником ему, относительно Новгорода, мог явиться другой, довольно могущественный русский князь, который был вместе с тем великим князем Литовским и королем Польским.

Но для новгородцев здесь выступал новый вопрос, неизвестный им из прежних их отношений к князьям; то был вопрос об исповедании: В Новгороде при конце его самоправления по поводу этого вопроса была поднята смута.

Итак, Новгород для полноты своей общественной жизни нуждался во власти, которую сам у себя не мог создать. Другим мерилом полноты самоуправления и независимости всякого общества служит Церковь.

Всегда бывало, что общество, которое желает быть вполне самостоятельным, устраивает так, чтобы за решением дел церковных не обращаться к власти, находящейся вне его. Так как это не всегда делается сразу, то по мере зависимости в обществе церковной иерархии от власти, находящейся вне его, можно судить о зависимости и независимости самого общества.

Новгородский и псковский архиепископ был первый епископ в России, после митрополита всея Руси; новгородцы сами для себя его избирали, он у них был пожизненный сановник, принимавший участие и в их общественных нецерковных делах.

Но новгородский архиепископ за собственным посвящением и за решением всех важных церковных дел должен был обращаться к митрополиту и подчиняться ему, на основании церковных законов. Этот митрополит прежде жил в Киеве, а потом перебрался в Москву. Такое положение Новгородской Церкви нельзя называть ее независимостью. Но во второй половине ХV века явилась возможность для новгородцев, если не совсем сделать свою Церковь ни от кого и ни в чем не зависимой, то значительно увеличить ее самостоятельность, тем, что, смотря по обстоятельствам за решением важных дел, обращаться к разным митрополитам, так как в это время в России митрополитов было два, и оба назывались митрополитами всея Руси.

Кроме митрополита, жившего в Москве, был еще митрополит в Литве; но он зависел от католического государя, самого его подозревали в склонности к католицизму, потому что он был ученик Исидора, прежде митрополита всея Руси, потом кардинала Римской Церкви и, наконец, временно униатского патриарха в Константинополе. Новгородцы хотели как-нибудь решить это дело, а у них как в вопросе о князьях, так и в вопросе о верховной церковной власти одновременно поднялся вопрос о православии.

Кроме неопределенной власти князей в Новгороде и весьма определенной власти митрополита, какие же собственно были новгородские власти в Новгороде? Кто, например, мог указывать князьям путь из Новгорода? Историк, написавший похвальное слово Новгородской свободе, сказавши о том, что вся автономия Великого Новгорода опиралась на вече, тут же прибавляет, что это народное собрание не было чем-нибудь определенным юридическим Эти слова служат объяснением многого в истории Новгорода, но не в его пользу.

В то время, как все кругом Новгорода, в общественном устройстве Северной России, определялось и слагалось в известную теорию, в Новгороде оставались при старой своей теории — полного равенства, неограниченной свободы всех членов общины.

Если дело касалось одного лица, или немногих, то они свое дело могли устраивать, как им заблагорассудится; если же дело касалось многих, или целого Новгорода, то заинтересованные в нем собираются для совета, где придется, или на месте, на котором привыкли собираться, на вече, на Ярославовом дворе. Кто имел право созвать вече, кто мог на нем говорить и обязан молчать — этого ничего точно не было определено. Когда у заинтересованных в деле были различные мнения об его решении, то спор шел по обычаю, сохранившемуся почти всюду в России до наших дней, с криком, гамом, так что никто никого хорошенько не понимал; мужики-горланы, мироеды, здесь были на первом месте.

Очень часто документы цитируются полностью или передаются в подробном пересказе. Достоинством работы Карпова является и то, что он не ограничивается изучением отношений только Москвы с Литвой.

Он показывает на основе многочисленных дипломатических документов, как конфликт двух стран отражался на всей международной ситуации в Европе. В противоборство двух держав самым теснейшим образом были вовлечены многие страны: Карпов наглядно показал, что польско-литовский король Казимир активно вмешивался во внутренние дела русских государей, особенно во взаимоотношения с Тверью и Новгородом, и это вызывало напряженность в стране. Присоединение Новгорода Иваном III было вынужденной мерой для предотвращения захвата города польским королем.

В Европе данное событие вызвало глубокий резонанс, свидетельствующий о тесных торговых контактах между странами. В работах современных историков данные вопросы, как правило, рассматриваются очень схематично либо вообще опускаются. В работе Карпова на основе источников в деталях и подробностях представлено много важных и недостаточно изученных сюжетов.

Таким образом, фундаментальное, с точки зрения активного привлечения различных источников, исследование Г. Карпова дает возможность получить более верное и детализированное представление о международных отношениях Русского государства в период его развития и становления на рубеже XV—XVI вв. Книга может быть рекомендована как профессиональным историкам, студентам-гуманитариям, так и самому широкому кругу читателей, интересующихся отечественной историей.

Завещание Василия Васильевича Тёмного. Отъезды князей Шемячича, Можайского, Семена Бельского и других. Государствованием Ивана III блестящим образом заканчивается средневековая русская история и еще блестяще открывается новая. Препятствием к дальнейшему развитию русской общественной жизни в ХV столетии была так называемая удельная система. Московские государи, сооружая одной рукой государственное здание, в то же время другой под влиянием старых понятий клали препятствие к дальнейшему развитию своего дела, посредством поддержания в своей семье удельных порядков.

Ко времени Ивана III лиц, заинтересованных в укреплении этих порядков, в северной России было много; на первом плане здесь являются братья великого князя, потом князья не из семьи Василия Тёмного, владевшие независимыми княжествами, каковы: Тверской, Верейской, Рязанской, далее огромная масса князей служебных и, наконец, опора старины, Новгород, а за ним младший его брат, Псков.

К концу великокняжения Василия Тёмного система московских князей восторжествовала над их врагами; но, умирая, Василий Васильевич оставил завещание, старинное по форме и почти по сущности. Приказывая своим детям жить за один и слушаться своей матери, а младшим сыновьям — и своего старшего брата, в отца место, завещал старшему своему сыну, Ивану, держать братьев меньших в братстве без обиды, и в заключение всего Василий Васильевич разделил свои владения между всеми детьми, хотя старшему при этом дележе досталась наибольшая часть.

Ко всему этому, как препятствие делу всей своей жизни, Василий Васильевич поручил блюсти свою вдову и своих детей представителю всяких старых порядков, королю Польскому и великому князю литовскому Казимиру1.

Книги похожие на "История борьбы Московского государства с Польско-Литовским. Отзывы читателей о книге "История борьбы Московского государства с Польско-Литовским. Ru ЛибФокс или прочесть описание и ознакомиться с отзывами. История борьбы Московского государства с Польско-Литовским. Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.

Напишите нам , и мы в срочном порядке примем меры. Геннадия Федоровича Карпова — Этот фундаментальный труд посвящен детальному исследованию на основе многочисленных исторических источников очень важного периода в истории Русского государства — времени его возрождения и формирования после ордынского ига.

Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Похожие книги на "История борьбы Московского государства с Польско-Литовским. Николай Карамзин - Полная история государства Российского в одном томе. Николай Карамзин - История государства Российского. От Василия Шуйского до Междуцарствия. От Бориса Годунова до Лжедмитрия.

Продолжение царствования Иоанна Грозного. Великий князь и царь Иоанн IV Васильевич. Государь Великий князь Василий Иоаннович.

Изм и этнополитические конфликты. книга первая. из истории басков а. ландабасо ангуло, а. коно

А может и не интересно. Наши контакты Связь с администрацией. Работа ищет ответ на вопрос "что", а не на вопрос "как", применительно к терроризму. Цель настоящего исследования - выявить истоки существующих этнополитических конфликтов и сделать попытку определить возможные пути выхода из так называемых кризисов. За отправную точку рассуждений авторы взяли европейский континент, представляющий для них сферу профессиональных интересов.

В качестве примера выбрана Испания, а конкретно - Страна Басков, как регион, иллюстрирующий предельно яркую, рельефную картину сгустка этнополитических конфликтов, где, по мнению авторов, наиболее явственно прослеживаются как пути скорейшего разрешения противостояния, так и, к сожалению, методы, которые принято сегодня считать террористическими.

Ландабасо Ангуло Андрес Терроризм и этнополитические конфликты. Там он просит отслужить мессы за упокой души по нему самому, по отцу, матери и жене. Колумб, судя по всему, женился на бесприданнице. По происхождению он не был равен жене, но их брак был приемлем для окружающих, поскольку оба были бедны.

На людях Колумбу было незачем вспоминать свое происхождение, а брак позволял ему установить связь с португальским дворянством, попасть при случае к лиссабонскому двору. Какое-то время, возможно, Колумбу удалось спокойно пожить на о-вах Мадейра, занимаясь торговлей, читая книги, слушая рассказы португальских колонистов об Атлантическом океане.

Им было что рассказать молодому итальянцу. Например, о том, что ветры и течения с запада приносят время от времени к Мадейре куски дерева, обработанные человеческой рукой. На Азорских о-вах, которые тоже принадлежали португальцам, к берегам прибивало стволы сосен диковинных пород.

Флориш, крайний из Азорских о-вов, наиболее удаленный к западу, океан вынес тела двух людей, чьи черты напоминали азиатов4. У португальских моряков были в ходу географические карты, на которых в неведомом океане была нарисована масса больших и малых островов. Среди них фигурировала богатая Антилия, упомянутая еще Аристотелем. С берегов Ирландии можно было наблюдать миражи, рисовавшие картины далеких земель5. Вряд ли Колумб подолгу оставался около молодой жены. Одно плавание следовало за другим.

Из бортового журнала первого путешествия адмирала в Новый Свет следует, что Колумб "видел весь Левант и Запад, то, что называют северной дорогой, то есть Англию Однажды, пишет Фернандо, отец руководил экспедицией из двух кораблей, плывших от Мадейры до Лиссабона. В журнале первого путешествия Колумб рассказывает, что плавал в южных широтах, видел Перцовый берег современная Либерия.

Будущий адмирал, по его словам, бывал и в Санту Жорже да Мина современная Эльмина. Местный форт был одним из первых, сооруженных португальцами на берегах Западной Африки. Его строили приблизительно в - гг. Скорее всего, Колумб был здесь как раз в эти годы. По-видимому, находясь в Португалии и ее владениях, будущий адмирал много читал, что помогло ему убедиться в возможности открыть западный путь в Индию.

В письмах и гг. Ссылаясь на Птолемея, а также на средневекового богослова и географа П. Земля невелика, продолжал Колумб.

Океан, омывающий берега Европы, не может быть широк, о чем писал еще Аристотель. Есть достаточные основания считать, что Колумб задумал путешествие на запад, находясь в Португалии и ее владениях. Прежде всего, он сам так говорил впоследствии в письмах королю и королеве Испании, сообщая, что долгие годы добивался поддержки своих планов лиссабонским двором.

Фернандо Колумб и Лас Касас добавляли, что будущий адмирал, находясь в Португалии, вступил в переписку с престарелым флорентийским космографом и астрономом П. Тосканелли и тот одобрил планы Колумба и отправил ему копию карты мира, изготовленную для короля Португалии.

Переписку с Тосканелли историки ставят под сомнение. Ведь сохранилась лишь копия переписанная Колумбом письма Тосканелли, где сказано, что от Лиссабона "до великолепного и великого города Кинсай" китайский Ханчжоу 6,5 тыс.

Поскольку старая римская миля равнялась м, то это расстояние измеряется 9,6 тыс. Конечно, флорентиец обладал авторитетом, и его картой Колумбу, знавшему толк в картографии, желательно было воспользоваться, чтобы быть услышанным при португальском или испанском дворе.

Подобных документов у него, наверное, было немало. Но Колумб располагал и другой информацией. Как сообщает Лас Касас, на Мадейре ходили слухи, что на острове один штурман перед смертью передал будущему адмиралу ценнейшие сведения о судовождении в водах Центральной и Южной Атлантики. О контактах с португальским двором Колумб упоминал мельком в своих письмах, утверждая, что Господь закрыл глаза португальскому королю и не дал ему оценить проект путешествия на запад.

Известно, что кое-кто при лиссабонском дворе считал, что дальние экспедиции чересчур обременительны для казны и предлагал ограничить экспансию африканскими берегами. В или гг. Колумб перебрался в Испанию, где хотел попытать счастья со своим проектом.

Есть также основания считать, что материальное положение будущего адмирала в середине х годов XV в. В Испании в это время продолжалась война с Гранадским эмиратом. Колумб понимал, что судьба его проекта зависела от королевского двора, который из-за войны с маврами чаще всего пребывал в Андалусии. Там же поселился и Колумб, зарабатывая на жизнь торговлей книгами.

Итак, за полтора года пребывания в Испании будущий адмирал сумел попасть ко двору, приблизиться к тем, от кого зависела заморская экспедиция. Став книготорговцем, Колумб столкнулся с людьми просвещенными, в том числе из духовенства. Позднее он писал, что в Испании в течение семи лет его планы считались несбыточными и верил в него и помогал ему только монах А. Он-то, по словам Фернандо Колумба, сообщил о генуэзце влиятельным лицам. Марчена разбирался в астрономии и, возможно, именно он помог Колумбу проложить дорогу в Саламанку.

Совещание состоялось в этом городе не потому, что здесь находился университет, один из первых в Европе. В Саламанке провел зиму - гг. В совещании участвовали представители двора и духовные лица, включая кардинала П. Они отвергли план Колумба и только через несколько лет склонились на его сторону, помогли или не стали мешать его экспедиции.

В Саламанке, по словам Фернандо Колумба, собрались сторонники церковных канонов, считавшие землю плоскостью, а не шаром. Есть свидетельство, что через несколько лет на подобном же совещании под Гранадой одному из его участников, священнику, пришлось, как он писал, посоветовать Мендосе не искать аргументов против Колумба в богословии Мендоса, судя по всему, прислушался к этому совету, и тем самым молчаливо согласился с шарообразностью земли, а значит и с возможностью, отправившись на запад от европейских берегов, добраться до Индии и Китая.

Противники экспедиции или те, кто предлагал ее отложить, знали, что для далеких путешествий нужны деньги и благоприятный политический климат. Испания, отдающая силы борьбе с маврами, не могла поддержать организацию экспедиции для завоевания неведомых земель. Колумб же доказывал выгодность заморской экспедиции.

Об этом говорят, в частности, его письма казначеям Испании Л. Санчесу, отправленные после возвращения из Нового Света дальние страны дадут золото, пряности и рабов Колумбу предстояло ждать окончания войны с маврами, сохраняя контакты с испанским двором. Судя по сообщениям современников, королева Изабелла относилась к планам будущего адмирала с большей благосклонностью, чем ее муж, король Фердинанд.

Дело в том, что он оставался на испанском троне королем Арагона, а она была королевой Кастилии. Арагон в силу своего географического положения ориентировался на связи с бассейном Средиземного моря, тогда как для Кастилии эти связи играли меньшую роль.

Кастильское дворянство больше, чем арагонское, было вовлечено в войны с маврами, а после их завершения ему должно было потребоваться новое занятие.

Таким занятием могли стать экспедиции за океан. К ним могли быть привлечены также моряки, судовладельцы, коммерсанты. Чтобы поддерживать постоянные контакты с испанским двором, Колумб следовал за ним. Двор не имел постоянной резиденции, будучи скорее штабом армии, чаще всего приближенным к театру военных действий в Андалусии.

Города Андалусии, в которых жил Колумб, по своим нравам напоминали Геную, в них тоже враждовали кланы Гусман, Понсе де Леон, Агилар и др. Лилась кровь горожан и селян, горели церкви, разорялись целые области. Наблюдая эти картины, Колумб должен был задуматься о том, что ему предстояло идти в плавание с экипажем из кастильцев.

Дворяне должны были управлять будущими заморскими владениями, не имея над собою контроля - ни церкви, ни короля. Колумб сталкивался со схожей обстановкой в португальской Эльмине, где восстания следовали одно за другим.

Возможно, он думал не только о своей безопасности и карьере, когда позднее добивался широких военных и гражданских полномочий, титула вице-короля в землях, которые ему предстояло открыть. В конце г. В августе следующего года Беатриса родила сына Фернандо. По-видимому, тогда же Колумб посетил Португалию и забрал оттуда своего законного сына Диего. Он заботился об обоих детях и, скорее всего, сохранял добрые отношения с родственниками Беатрисы: Брак с Беатрисой, надо полагать, не состоялся из-за того, что она не была дворянкой, а это могло помешать Колумбу быть на равной ноге с придворными.

Внебрачные же связи среди испанских дворян в те времена имели почти легальную окраску. Никто Колумба не осуждал, кроме него самого. В завещании он просил Диего, как наследника, обеспечить Беатрисе "достойную жизнь" и, тем самым, "снять большую тяжесть" с его души. Отвлекаемые войной с маврами, стихийными бедствиями наводнение и голод , свадьбой старшей дочери с португальским принцем, Фердинанд и Изабелла не вспоминали, видимо, о Колумбе.

И после мая г. Герцог готов был поставить под командование Колумба три-четыре корабля, но полагал, что будет лучше, если экспедицию организует двор. Скорее всего, герцог боялся королевской немилости: Два года, проведенные у герцога в замке Сан Маркос, около Кадиса, надо полагать были использованы для подготовки экспедиции. Из письма де ла Серды Мендосе следовало, что корабли для экспедиции фактически уже были подготовлены. Трудно допустить, что Колумб не принял участия в их снаряжении.

Неудивительно, что на аудиенции у Фердинанда и Изабеллы в конце г. Колумб появился, по словам хрониста А. Бернальдеса лично знавшего адмирала , с картой мира в руках, произведшей благоприятное впечатление на монархов Тем не менее, когда в последние месяцы г. Покинув Санта Фе, Колумб отправился в Уэльву, приморский город, захватив с собой сына Диего, чтобы оставить его там у родственников жены мужа ее сестры.

В десятке километров от Уэльвы при слиянии рек Тинто и Одьель стоит и сейчас францисканский монастырь св. Марии Рабида; рядом с ним - портовый городок Палос. К воротам Рабиды подошел осенью г. Со странником, который, судя по его речи, был иностранцем, разговорился старый монах Хуан Перес. Вскоре он послал за палосским грамотеем, врачом. Историю встречи с Колумбом через 20 с лишним лет врач пересказал судейским писцам в ходе разбирательства тяжбы между казной и Диего Колумбом.

Тогда, в Рабиде, врач и монах поддержали замысел Колумба. Перес предложил ему свою помощь Монах этот в прошлом был исповедником Изабеллы. Он тут же вызвался отправить гонца в Санта Фе, чтобы ходатайствовать за будущего адмирала.

Через две недели гонец вернулся с письмом, в котором королева приглашала Колумба вновь прибыть в Санта Фе. Переговоры с Колумбом, начатые в Санта Фе, были продолжены в Гранаде, взятой 2 января года.

В ходе их Колумб понял, что теперь у него появилось много союзников. На совещании, проведенном в Гранаде, большинство придворных и служителей церкви высказалось в поддержку экспедиции.

Колумб просил дать ему дворянство, титулы адмирала, губернатора и вице-короля в тех странах, которые он откроет. Из будущих доходов от торговли он хотел получить десятую часть, а также участвовать в торговых экспедициях на правах пайщика, несущего восьмую часть издержек и получающего соответствующую прибыль.

Фернандо Колумб утверждает, что в феврале г. Будущий адмирал покинул Гранаду, но его догнали и вернули во дворец. В конце концов встал вопрос, кто оплатит экспедицию. Однако уже три года, как они были заложены у ростовщиков Валенсии и Барселоны. Помочь Колумбу могли только те, у кого водились капиталы. Вот почему по возвращении из Нового Света первыми адресатами писем адмирала стали испанские казначеи. Среди них наиболее значительной по крайней мере, для Колумба фигурой был Л. Выходец из крещеных евреев, этот коммерсант и финансист был казначеем св.

Германдады местной полиции и секретарем по хозяйственным делам в Арагоне. Его состояние позволило ему ссудить Колумбу, как видно из бухгалтерских книг св. Германдады, свыше 1 млн. Фактически же он, по-видимому, дал 4 - 4,5 млн. Если верить только документам, собранным испанским архивистом М. Эта сумма позднее была возвращена Сантанхелю короной через кассу св. Фердинанд и Изабелла подписали капитуляцию жалованную грамоту , по которой Колумб получал все просимые им титулы и привилегии, а через две недели - "свидетельство о пожаловании титула" Тогда же Палос получил приказ нанять два корабля.

Городу тут же припомнили, что шесть лет назад он проявил своеволие, отказавшись дать корабли неаполитанскому королю, союзнику Изабеллы. Теперь, в наказание, Палосу поручалось нанять на два месяца два корабля и оплатить жалование их командам за четыре месяца. Моряки, пожелавшие принять участие в экспедиции, приравнивались к экипажам военных кораблей. Морским советам Андалусии предписывалось поставить за умеренную плату на корабли провиант и боеприпасы.

Колумбу было разрешено к двум кораблям присоединить третий, снаряженный за свой счет. Лично он потратил на экспедицию полмиллиона мараведи, полученных, частично или полностью, от итальянцев. Эти деньги составили, по словам Лас Касаса, восьмую часть общих затрат и, значит, вся сумма расходов равнялась 4 млн.

Моряки Палоса не торопились вербоваться в плавание на край света. Власти прибегли поэтому к средству, которое использовали не только в Испании, чтобы обеспечить флот рабочими руками. Было объявлено, что находящиеся в тюрьмах преступники получат свободу, отправившись за океан. Но, судя по всему, и этой меры оказалось недостаточно, чтобы укомплектовать корабли Колумба.

Положение изменилось в июне г. Пинсон, опытный моряк и местный судовладелец. Он вызвался пойти с Колумбом в океан, и с его помощью были набраны 90 человек, нужных для экспедиции.

В конце июля три корабля - "Св. Мария", "Пинта" и "Нинья" - были готовы к далекому плаванию. На рассвете 3 августа г. Во вступительной части судового журнала, который сохранился в сокращенном виде, Колумб писал, что после падения Гранады он беседовал с Фердинандом и Изабеллой "о землях Индии", о "великом хане", т.

В результате адмиралу было поручено "увидеть этих правителей, народы и земли, их расположение и. Перед экспедицией, таким образом, ставились разведывательные и миссионерские цели. По жалованной грамоте 17 апреля г. Колумб назначался вице-королем на всех островах и материках, которые он "откроет или приобретет". В дальних странах предстояло обрести "жемчуг, драгоценные камни, золото, серебро, пряности" Это объясняет цели экспедиции. Предоставляя Колумбу грамоту, Фердинанд и Изабелла обошлись без упоминания, казалось бы уместного, христианизации далеких земель.

Испания, разумеется, не была единственной страной, желавшей территориальных приобретений за морями. В Атлантическом океане ее соперниками были французы, англичане и португальцы. В соответствии с португало-кастильским соглашением в Алькасова г. Португалия склонна была толковать это соглашение расширительно, считая своими все территории к югу от линии, проходящей в широтном направлении через Канары. Следовательно, заокеанские земли, куда отправлялся Колумб, рассматривались Лиссабоном как его сфера влияния, если они лежали южнее широты самого южного из Канар, о.

Колумб должен был знать об этом, хотя, вернувшись из Нового Света, сообщил в Лиссабоне, что не ведал о соглашениях Кастилии с Португалией. В письмах, предназначенных для публикации, сразу после возвращения адмирал утверждал, что плыл все время на запад на широте Иерро и что приблизительно на этой широте сделал свои открытия Заявления адмирала не компрометировали Испанию, хотя в действительности открытые Колумбом Куба и Эспаньола Гаити , а также центральная часть Багамских о-вов лежали далеко на юг от широты Иерро.

Надо думать, адмирал заранее готовился сообщить в Европе удобные для споров с Португалией координаты, а потому в судовой журнал вносил вдвое увеличенные данные о широте ряда пунктов Вест-Индии. Наваретте, которому историки обязаны выявлением многочисленных документов о Колумбе, отмечал, что на квадранте, которым адмирал определял широту, величины делений также были обозначены удвоенными цифрами.

После первого путешествия, когда Испания и Португалия договорились о сферах влияния и уже нечего было скрывать, Колумб стал приводить верные сведения о своих измерениях широты. В его бумагах есть, например, запись о том, что в феврале г. Другое дело - трудности, с которыми сталкивался Колумб, определяя долготу.

Ее можно было найти тогда подсчетами по таблицам затмений небесных светил европейское время затмений было подсчитано на много лет вперед. По-видимому, ему помешала бурная погода, не позволявшая точно определить восход солнца и тем самым - точное местное время.

И все же, судя по другим подсчетам, Колумб понимал, на каком примерно удалении от Европы он находился. Для этого он использовал свое знание моря, учитывал скорости своих кораблей.

В ноябре г. Просчитав по карте его путь, Наваретте установил, что было пройдено в действительности лиг 6 тыс. Ошибка составила всего 37 лиг. Во время первого путешествия в распоряжении адмирала находился один относительно крупный по тем временам корабль, нао, как называли испанцы суда с повышенным тоннажем. Чтобы заслужить такое название, "Св. Мария" должна была иметь т водоизмещения, а входившие во флотилию два других корабля, "Пинта" и "Нинья", каравеллы т.

Известно, что все они были палубными трехмачтовыми кораблями. Мария" или то, что от нее могло остаться, покоится где-то под песками у северных берегов Гаити: А "Нинья", прочная и ходкая любимица адмирала, еще дважды ходила за океан, уцелела в страшный шторм г.

Она проплавала 25 тыс. Корабли Колумба были невелики: Они имели большую парусность, навесной руль, компас. Кормчие держали при себе запасные компасные стрелки, камни для их намагничивания.

В навигации использовался квадрант. Он представлял собой деревянную четверть круга с градуировкой, отвесом и зрительной трубой для наводки на небесные светила. Скорость кораблей измеряли щепкой, брошенной у носа корабля и плывущей к корме. Время отсчитывали, переворачивая стеклянные песочные часы отсюда в русском флоте пошли склянки. Мария" имела осадку не более 3,3 м; у каравелл она была и того меньше - до 2 м.

Это позволяло не бояться мелководья, заходить в устья рек. Паруса Колумб предпочитал прямые, обеспечивающие более высокую скорость. При хорошем попутном ветре его корабли давали 8 - 9 узлов в час, т.

Фактически, пересекая Атлантику, Колумб плыл с меньшей скоростью - 4 - 5 узлов, так как пассаты дули не в западном, а в юго-западном направлении, и к тому же корабли несколько сносило на северо-восток морское течение. Оно на широте Иерро в сентябре - октябре г. Команда флотилии насчитывала 90 человек, хотя некоторые авторы пишут, что их было Скорее всего, цифра была завышена потому, что после путешествия нашлось немало желающих приписать себе участие в открытии Нового Света. Для обслуживания флотилии хватило бы и половины тех, кого взял Колумб.

Но приходилось учитывать, что в дальних морях могли быть потери, что в команде появятся ослабевшие и больные. Все моряки знали, что рискуют головой, уходя в плавание с Колумбом. А потому возможны были конфликты, порожденные страхом за исход путешествия.

Марии" капитаном был ее владелец Х. Капитан остался жив, хотя многие из его экипажа после потери корабля высадились на Эспаньоле и погибли от рук индейцев.

Он разошелся с Колумбом, в частности из-за желания искать золото в Новом Свете самостоятельно и бесконтрольно, а заодно - развлекаться с индианками подальше от глаз адмирала. Пинсон умер вскоре после возвращения в Испанию, по-видимому, от сифилиса. Его младший брат В. Пинсон, капитан "Ниньи", поддерживал старшего, но играл, правда, не слишком активную роль. Через полтора десятка лет после открытия Нового Света В.

Пинсон исследовал восточный берег Южной Америки и возможно дошел до Ла-Платы Условия жизни на кораблях были нелегки. Марии" был, по-видимому, небольшой кубрик на баке. На каравеллах матросы в хорошую погоду спали на палубе, в плохую - под ней, поверх пропахшего отходами и нечистотами песчаного балласта. Съестных припасов вначале хватало, но к концу путешествия провиант был на исходе, матросы голодали. Приходилось, преодолевая усталость, выстаивать вахты, бороться со штормами.

Вторая часть пути пролегла в умеренных широтах, и моряки нередко мерзли. Защитой от непогоды была альмосела, плащ с капюшоном, прикрывавший крестьянскую рубаху и короткие штаны. Матросы Колумба знали не только морское дело.

Среди них имелись плотники, конопатчики, бочары, нотариус и альгвазил судья , врачи, лечившие больных солями и микстурами. С ними не было ни одного священника или монаха.

Это не значило, что моряки не были богобоязненны. Да и сам Колумб соблюдал обряды и нередко искал в Библии ответы на вопросы, которые возникали в связи с его путешествиями.

На кораблях каждые полчаса юнга, переворачивая песочные часы, произносил духовные стихи, а утром и вечером запевал гимны и читал молитвы, к которым надлежало присоединяться команде. Сохранился, впрочем, песенный репертуар матросов, имевший мало отношения к богоугодным темам. В начале путешествия, на пути к Канарам, и далее при переходе через океан погода в целом благоприятствовала Колумбу, море было довольно спокойным.

Адмирал и кормчие знали, что, покинув испанские берега, они пойдут на юг с попутным пассатом, что за Канарами ветры повернут к западу и вновь помогут путешественникам. Знание навигационной обстановки в восточной части Атлантики, конечно, облегчало задачу экспедиции. Однако далее Азорских о-вов никто не ходил, и риск плавания в Западной Атлантике вызывал особые трудности в отношениях Колумба с экипажем.

Чтобы ободрить людей, Колумб преуменьшал трудности путешествия, в частности занижая пройденные расстояния. Тем самым он создавал у моряков впечатление, что они не так далеки от знакомых берегов, что риск затеряться в океане не так велик. Правда, это не могло ввести в заблуждение кормчих и капитанов, которые наверняка сами отсчитывали пройденные мили.

Не исключено, что адмирал выполнял инструкции Фердинанда и Изабеллы: На Канарах экспедиция запаслась продовольствием, пришлось также заняться починкой руля на одной из каравелл, заменить косые паруса прямыми - на другой.

Колумб пересекал самую широкую часть Северной Атлантики, входил в Саргассово море через Бермудский треугольник.

После недели пути магнитные стрелки стали отклоняться на запад от Полярной звезды, что вызвало у команды приступ страха. Адмирал ссылался на то, что такое отклонение наблюдали некоторые моряки, ранее заходившие относительно далеко на запад. Водоросли Саргассова моря были встречены с облегчением как признак близости берегов. Но адмирал более всего ждал появления птиц, летающих в прибрежных водах; направление их полета было способно помочь в поисках земли. До начала октября наблюдения не были утешительными, и напряжение на кораблях нарастало.

Колумб дважды отклонялся к юго-западу, когда чуть ли не вся команда уверяла, что где-то там видит землю. К началу октября все три капитана потребовали повернуть корабли назад, а упорствующему адмиралу, по некоторым сведениям, пригрозили оружием.

Конфликт кончился тем, что капитаны согласились ждать еще несколько дней. Но это явно не устраивало команду. До бунта дело не доходило, хотя, по словам Лас Касаса, моряки поговаривали о том, как бы отправить адмирала за борт, когда он ночью станет разглядывать звезды.

В ночь на 10 октября над кораблями был слышен непрерывный шум перелетных птиц, устремлявшихся на юго-запад. Колумб видел в этом признак близости земли, но команда "Св. Марии" заявила, что продолжать плавание нет смысла. В воде обнаружены были плывущие тростники, доска, палки со следами обработки. Задул сильный восточный ветер, корабли прибавили ходу.

В ночь на 12 октября заштормило. В 10 часов вечера Колумб сказал кормчим, что видит по ходу движения кораблей огонь.

В 2 часа пополуночи с "Пинты", шедшей впереди, раздался крик вахтенного Родриго де Триана: Жителям Сан-Сальвадора ныне на английских картах Ватлинг , первого из открытых островов, объявили - конечно, по-испански, - что они стали подданными Фердинанда и Изабеллы.

Был оформлен письменный акт, такой же, как позднее на прочих островах. В судовом журнале Колумб записал, что аборигенов можно превратить в "пленников", а также в рабов, необходимых для королевского флота. Багамцы - тайно - ходили обычно нагими, изредка носили набедренные повязки и мало напоминали индийцев и китайцев. Но, возможно, предполагал адмирал, они слышали о богдыхане. Кроме того, следовало подумать об обращении в истинную веру этих "очень простых и добрых людей", как писал о них Колумб.

Что касается золота, то оно здесь имелось. Тайно нередко носили кусочки золота, прикрепленные к носу. Эти украшения они охотно меняли на бусы. Судя по их знакам, золото привозили откуда-то с юга, где лежали обширные земли. Путешествие по Багамским и Антильским о-вам длилось три месяца. В судовом журнале появились такие названия, как Куба, Эспаньола.

Последнее до сих пор сохранилось на английских и американских картах, хотя на других его заменило Гаити. Так называли остров карибы или канибы отсюда европейские названия и Карибского моря, и каннибалов. Тайно, показывая Колумбу, куда плыть за золотом, давали понять, что на Кубе он найдет крупного вождя может быть, думал адмирал, богдыхана или его наместника. А на Гаити тайно предупреждали адмирала о воинственности карибов, об опасности попасть в руки людоедов.

Через две недели после открытия Сан-Сальвадора корабли Колумба подошли к Кубе. Местные тайно на расспросы о золоте указывали в глубь своей территории, которую адмирал склонен был считать материком. К золотым украшениям, вымениваемым на бусы, побрякушки и т. На одной из рек Северной Кубы были найдены, как писал Колумб, блестящие камни, по-видимому, с вкраплениями золота.

Эти камни он собирался вручить католическим королям, как стали по повелению папы именовать Фердинанда и Изабеллу после взятия ими Гранады. Адмирал отправил в глубь Кубы Л.

О нем Колумб писал, что, "как говорят, он знал еврейский и халдейский, а также немного арабский Адмирал рекомендовал своему посланцу и сопровождавшему его матросу узнать, что слышно в глубине Кубы о богдыхане, и нет ли там известий об одном из колен израилевых, затерявшемся после египетского пленения. Посланцы Колумба, вернувшись через несколько дней, сообщили, что их везде хорошо принимали. Они нашли крупную деревню. Адмирал, конечно, утверждал, что открыл Индию или страны, лежащие где-то у ее границ.

А экспедиция преследовала именно такую цель. Не раз повторяя, что он вышел к берегам Азии, адмирал не исключал, что помимо открытых им стран где-то рядом лежали другие обширные территории.

Колумб приплыл к берегам Гаити. Обмен безделушек на золото обеспечивал экспедиции ощутимый успех. Но ее интересовали и другие природные богатства открытых земель. Судовой журнал свидетельствует, что Колумб отмечал все, что предстояло использовать при колонизации Нового Света. Адмирал сожалел, что не имеет представления о многих растениях Нового Света, а потому он мог ошибиться, забрав в Европу те их виды, которые уже были там известны.

Так было с растениями, которые он посчитал равными алоэ, мастике, хлопчатнику и т. Трудно сказать, что некоторые растения, упомянутые им в том числе маис, томат, табак , именно Колумб первым доставил в Европу. Ясно, что только в результате его путешествий Старый Свет обрел эти растения, также как маниоку, подсолнечник, картофель и арахис. Еще во время первого путешествия Колумб указал на значение открытых им пород красного дерева и красителей.

Американские породы деревьев, дававшие красители, вскоре во многом подорвали монополию Индии на снабжение рынков Европы и способствовали укреплению ее текстильных центров, в частности, шелкоткацкого производства в Генуе и Венеции.

По некоторым сведениям, Колумб привез в Европу какао из своего четвертого путешествия, побывав в краях, граничащих с владениями ацтеков, любителей этого напитка. В Испании производство его держали в секрете около ста лет, и только после брака испанской инфанты Марии Терезии с Людовиком XIV шоколад появился во Франции.

Экспедиции Колумба обнаружили новые для Европы виды фауны, в том числе одомашненных индейцами млекопитающих и птиц. Де Торрес, судя по журналу первого путешествия, видел на Кубе домашних гусей, а позднее на Гаити испанцы увидели индеек, которые не были известны в Европе.

Тайно приручили собак и один или несколько видов цапель, но они исчезли еще до того, как сами тайно вымерли на Кубе и Гаити. Единственными живыми существами, привезенными Колумбом из первого путешествия, были крупные попугаи невиданно пестрой окраски. Попугаи высоко ценились в Европе, украшая вольеры знати. В материалах, собранных экспедициями Колумба, содержатся лишь общие замечания об антропологическом облике индейцев.

У них - жесткие черные волосы и коричневый цвет кожи, приблизительно такой же, по словам адмирала, как у жителей Канарских о-вов которые вскоре вымерли. Мужчины Вест-Индии обычно лишены растительности на подбородке, писал доктор Д. Чанка, участник второго путешествия. Адмирал находил, что индейцы хорошо сложены и привлекательны, сообразительны, простодушны и искренни.

Аборигены, писал Колумб, "ведут между собой войны, хотя люди они очень простые и добрые". Описание цивилизации индейцев свидетельствовало о наблюдательности Колумба.

Не зная местных языков, лишь начиная улавливать смысл ряда слов, он и его спутники сумели многое разглядеть в быте и нравах открытых ими народов. Культуры их уступали Старому Свету даже тогда, когда имели зачатки письменности.

Индейцы были бедны домашними животными в частности, у них не было лошадей, крупного и мелкого рогатого скота. Индейцы не знали колеса, в строительстве не применяли своды.

Колумб и его спутники стали первыми европейцами, которые увидели каменный век Нового Света. Он был воплощен в каменных изделиях особенно орудиях труда и в дереве, включая деревянную скульптуру, украшавшую каноэ, предметы культа и т. В Новом Свете использовалось также самородное золото, зарождалась металлургия: На юг от Антильских о-вов, по другую сторону Карибского моря лежали страны, где индейцы в основном были охотниками, рыболовами и собирателями.

На Антильских о-вах сложилось подсечно-переложное земледелие. Ремесленное производство, отмечал Колумб, включало изготовление орудий труда, копий и стрел, домашней одежды и утвари, в том числе гончарных, текстильных, плетеных изделий.

Первобытность представлялась Колумбу равноправием. Кажущееся имущественное равноправие сочеталось с откровенным неравенством, так как жены тайно работали на мужей, а моногамия большинства не исключала полигамию меньшинства - старейшин и вождей, имевших до двух десятков жен. Оставленные Колумбом описания церемониальных выездов на каноэ и приемов у вождей по сути дела свидетельствуют о социальной иерархии при переходе от первобытности к государству. Как отмечал Колумб, тайно нитаино в его написании составляли подчас правящий слой Но надо было бы требовать от Колумба слишком много, чтобы он разобрался в том, что на Кубе и Гаити тайно сами были завоевателями, подобно карибам, прочно обосновавшимся на Малых Антильских о-вах.

В ночь на Рождество 25 декабря г. Мария" потерпела крушение у северо- западного берега Гаити. За месяц до этого М. Пинсон на "Пинте" без разрешения адмирала ушел к восточной части острова искать золото.

Оба факта имели одну причину - разболтанность экипажей, падение дисциплины. Марии", как и на других кораблях, недисциплинированность поддерживали разговоры о золоте, о том, что адмирал мешает обогатиться всем и каждому. Только в этой обстановке рулевой "Св. Марии" мог в сочельник отправиться спать, передав руль юнге, который посадил корабль на мель и пропорол его днище.

С помощью индейцев, прибежавших из соседней деревни, с корабля были выгружены все ценности, съестные припасы, оружие. От индейцев же через несколько дней стало известно, что с востока возвращается "Пинта". На двух каравеллах можно было разместить часть экипажа "Св. Марии", но для всех места не хватало. Тем более, что Колумб хотел взять в Европу несколько индейцев. Сам Доджсон не смог объяснить причину существования баскско-армянских соответствий и предположил, что данные слова могли попасть в армянский Притом речь идет о весьма важном слое словарного запаса, традиционно считающемся исконным фондом каждого языка.

И самое любопытное в том, что обнаруженные баскско-армянские совпадения сохранились в обоих языках почти на уровне полного взаимопонимания, например: Второе важное открытие в области этнолингвистических связей басков и армян было сделано более четверти века спустя. В е годы молодой баскский филолог Бернардо Эсторнэс Ласа, впоследствии крупнейший ученый и академик, занимался сбором баскского фольклорного материала в Ропкальской долине, в восточной части провинции Наварра.

Так вот, в деревне Исаба, почти на самой восточной границе Наварры, Эсторнэс Ласа записал местное предание о том, что деревня Исаба основана армянами, которые были первыми обитателями Наварры и предками баскского народа. В предании уточняется, что предводителя баскского народа звали Айтор, он приехал из Армении со своими семью сыновьями и в их честь основал семь поселений в Наварре.

Говорится также, что приезжие армяне, предки басков, знали тайну обработки металла. Впоследствии в архивах деревни нашли старинную рукопись, историческую хронику, которая подтверждает устные предания. Народная традиция связывает его с именем Армения - в честь первых поселенцев Наварры.

Все это могло показаться плодом воображения баскских стариков, как долгое время считали многие исследователи, однако в дело вступила наука, в частности лингвистика и историография, а также мифология. Выяснилось также, что у знаменитого предка армян Айка действительно был внук, которого звали Паскам.

Впервые на возможную связь между армянским именем Паскам и этнонимом баскон указал Н. Это свидетельствует о том, что в древности среди басков чистокровными считались только те, кто вел свое происхождение от одного из прямых потомков прародителя Айтора, приехавшего из Армении.

Дальнейшие поиски привели к новым открытиям. Оказалось, что все вышеуказанные факты и совпадения всего лишь верхняя часть айсберга величайшей тайны европейской цивилизации. Как выяснилось, теория армянского происхождения древнейшего народа Европы имеет глубокие корни в его исторической памяти и нашла свое отражение в баскских письменных источниках.

Еще в XVI-XVII веках основоположники баскской национальной историографии Эстебан де Гарибай, Андрес де Поса и Бальтасар де Эчаве считали Армению прародиной басков и пытались это доказать на основе баскско-армянских топонимических совпадений, имея в виду, в частности. Аракс название реки в Армении и в Басконии и имя баскской горы Аралар, которое неоднократно сравнивалось со знаменитым библейским Араратом. Более того, Андрее де Поса прямо утверждает, что баски - пришельцы из Армении.

Трудно что-либо сказать об этом переводе, но главное в том, что имя Таррагона весьма напоминает известный армянский топоним Тарон, древняя форма которого - Таравна. За три столетия мнение вышеуказанных историков об армянском происхождении басков стало национальной традицией и получило очень широкое распространение. Притом Гаспар Эсколано с чрезвычайной точностью описывает места, где, согласно преданию, были захоронены останки армян - первых обитателей Испании.

Ныне на тех местах, в основном на территории современной Каталонии, расположены церкви, и это подсказывает, что данные точки еще издавна считались священными.

К сожалению, все эти сведения слишком долго оставались во тьме забвения по причине того, что в свое время баскский материал не был проанализирован и оценен в свете данных армянских источников и армянского языка.

И когда в двадцатых годах нынешнего столетия немецкий лингвист Иозеф Карст приступил к подробному и всестороннему изучению баскско-армянской теории, в некотором смысле было уже довольно поздно.

За прошедший период в баскологии успела крепко обосноваться гипотеза о грузинском происхождении басков, приобретшая многочисленных сторонников. Дело дошло до того, что с баскскими начали сопоставляться такие грузинские слова, которые были очевидными заимствованиями из армянского, как в свое время указал баскский академик Бернардо Эсторнэс Ласа. Книга вышла в свет в Вене на французском языке и вызвала огромный резонанс в научном мире.

В данной работе Карст представил более трехсот баскско-армянских лексических соответствий и большое количество совпадающих элементов фонетики и грамматики, включая системы склонения, спряжения и т. На этой основе Карст пришел к выводу, что баскский и армянский являются двумя разновидностями одного лингвистического типа, который назвал алародийским.

Помимо чисто лингвистического материала Карст оперировал также данными других наук, в частности этнографии и антропологии. Он одним из первых обратил внимание на то, что антропологически баски являются арменоидами.

Следует особо отметить тот факт, что Иозеф Карст пришел к своим научным выводам исключительно на основе собственных исследований, не имея никакой информации о предыдущих работах, о которых говорилось выше. Впоследствии Карст написал еще несколько книг, где продолжил обоснование теории баскско-армянского этнолингвистического единства, приводя все новые данные и доказательства.

Бог, возвращающий радость. история исава и иакова александр жибрик

А чем близки нам фигуры Исава и Иакова? Что в них общечеловеческого, знакомого и родного нам? В названии книги — этот вопрос и связанная с ним провокация. Зачем нам все эти истории о давно ушедших эпохах и почти легендарных персонажах? Кто из наших современников помнит эти имена? Не пора ли переложить Библию вглубь книжных хранилищ? Не бойтесь задаваться таким вопросами. Перечитайте книгу о Книге с вызовом. Хорошие книги вызовов не боятся. В который раз Библия открывается мне книгой не только Богопознания, но и самопознания.

На сей раз благодаря Александру Жибрику. Я думал о себе, узнавал себя в Исаве и Иакове, в легкомыслии одного и хитрости другого видел свои черты. Думал также о современном христианстве и христианской цивилизации, как они безответственно отказываются от своего исторического и духовного первородства. Думал о том, как легко потерять главное; как человеческие потребности заставляют торговать ценностями. Присматриваясь внимательнее к фигурам братьев, мы убедимся, что они равнозначны в итоговых моральных оценках.

Они одинаково недостойны быть избранными. И если я как христианин получил первородство, то не столько из любви к Богу-Отцу, сколько из хитрости — ради духовного превосходства, душевного исцеления или райских блаженств. В применении к одному слову для него будет найдено до трёх синонимов. В применении к выражению в скобках к каждому слову будет добавлен синоним, если он был найден. Не сочетается с поиском без морфологии, поиском по префиксу или поиском по фразе.

Для того, чтобы сгруппировать поисковые фразы нужно использовать скобки. Это позволяет управлять булевой логикой запроса. Например, нужно составить запрос: Например, для того, чтобы найти документы со словами исследование и разработка в пределах 2 слов, используйте следующий запрос: Чем выше уровень, тем более релевантно данное выражение.

Например, в данном выражении слово "исследование" в четыре раза релевантнее слова "разработка": Для указания интервала, в котором должно находиться значение какого-то поля, следует указать в скобках граничные значения, разделенные оператором TO. Будет произведена лексикографическая сортировка.

Жибрик, Александр - Бог, возвращающий радость. Marc21 Скачать marcзапись Скачать rusmarc-запись Показать LDR cam a i

Голубка. три истории и одно наблюдение патрик зюскинд

Рада, куда они сдуру по весне залетают. Для этого пригодится и бизнес-литература. Нижинский Вацлав Фомич (1890-1950) - артист балета, играет на флейте у озер, но сам не могу ничего выбрать. Грамотно, против ниндзя твоего уровня.

Лекции и статьи по истории древней русской литературы и. п. еремин

Новая история гг. Новейшая история после г. Первобытное общество Сборники научных работ по всемирной истории Справочники по всемирной истории Справочники по истории России Средние века гг. Гинекология Анатомия и физиология Венерология. Эпидемиология Другое Медицинская вирусология, микробиология и паразитология Нетрадиционная медицина народная, восточная Общая диагностика Оториноларингология Офтальмология Педиатрия Прикладная медицина Психиатрия, Нервные болезни Рентгенология.

Инфекционные болезни Урология Фармакология, фармация и токсикология Хирургия, онкология, травматология, ортопедия Мир увлечений Домоводство. Напитки Другие хобби и увлечения Животные дикие и домашние Коллекционирование марки, монеты, награды Миниатюрные издания Мода.

Фотоальбомы Шахматы, шашки, карточные и логические игры Эзотерика. Астрология Наука и техника Астрономия. Космонавтика Биологические науки Другие естественные науки. Компьютеры Физика Химические науки Науки о Земле. Полиграфия Литературоведение Марксистско-ленинская литература Педагогика дошкольная, школьная, общая Политология. Антарктика Африка Европа Путешествия. Географические открытия Разное о странах и континентах Страны и континенты - Общие работы Промышленность Лёгкая и пищевая промышленность Лесная промышленность Машиностроение.

Переработка Пчеловодство Растениеводство общее Растениеводство отдельных культур Рыбное хозяйство Сельское хозяйство - Общие вопросы Справочники по сельскому хозяйству Справочная литература Карты и атласы. Топография, геодезия Словари Словари иностранных языков Справочники. Энциклопедии Транспорт Автодорожный транспорт Водный транспорт Воздушный транспорт Другое Железнодорожный транспорт и метро Транспорт - Общие вопросы Учебная литература Пособия для абитуриентов и самообразования Пособия для воспитателей в дошкольных учреждениях Пособия для учителей средней школы Пособия для школьников Учебники и самоучители иностранных языков Философия Античная философия Восточная философия Другие аспекты философии Зарубежная философия Новейшего времени XX-XXI вв.

Философия Средневековья, Возрождения Эстетика Этика. Поэзия до XX в. Приключения Приключения и фантастика: Проза отечественная до XX в. Издательство ЛУ Место издания: Причину своих бедствий видит в "лихих людях" - богачах. Против них направлено основное жало сатиры. Это те, у кого "всево много, денег и платья", те, "кто богато живут, а нам голым ничего не дают". Афористичность, лаконизм, выразительность стиля, соц. Большое место в сатирич. Корыстолюбие, жадность попов разоблачаются в сатирич. Яркий обличительный документ , изображающий быт и нравы монашества, - "Калязинская челобитная".

Монахи удалились от мирской суеты не для того, чтобы, умерщвляя свою плоть, предаваться молитве и покаянию. За стенами монастыря скрывается сытая и полная пьяного разгула жизнь. За внешним балагурством пьяных монахов в повести скрыта народная ненависть к монастырям, к церковным феодалам. Характерная особенность стиля - афористичность: Эти прибаутки обнаруживают у автора "Калязинской челобитной" "лукавый рус. В аллегорических образах рус.

Стоило только Лисе заманить Кура и схватить в когти, как с нее спадает елейная маска исповедницы, печалящейся о грехах Кура. Теперь Лиса исчисляет личные обиды, которые причинил ей Кур, помешав опустошить курятник.

Повесть обличает не только духовенство, но и подвергает критике txt "священного писания", метко подмечая его противоречия. В словопрениях и Кур и Лиса оперируют txtом "писания" для доказательства своей правоты. Лиса, обвиняя Кура в смертном грехе многоженства, отсутствии любви к ближнему, опирается на евангельский txt, а Кур парирует удар ссылкой на txt книги "Бытие" Ветхий завет.

Повесть показывает, что с помощью txtа "священных книг" можно оправдать любую мораль. Все это говорит о развитии общественного сознания, духа критицизма , кот. Стремление отмежеваться от старой лит-ной традиции, тенденции к полному обновлению всего круга чтения. Появляется театр , а вместе с ним и первые опыты в области драматургии.

Популярными становятся переводные рыцарские и любовно-авантюрные романы. Его организация была поручена Посольскому приказу, один из служащих к-рого привёз странствующую немецкую труппу под руководством Иоганна Христиана Кунста [Анна Кунст его жена — первая актриса на русской сцене].

Кунст стал директором театра и театральной школы, главным режиссёром, декоратором и костюмером после смерти его сменил О. Отечеств создано под сильным свобода. Писатель мог по своему усмотрению выбирать главного героя или героиню, время и место действия, вводить произвольное число второстепенных персонажей. Прельщенный возможностью богатого "посула", он казуистически толкует законы. Формально обвинив ответчика, "убогого" бедного крестьянина , Шемяка применяет к нему ту возмездную форму наказания, кот.

Судья не допустил никаких отступлений от юридич. Решение суда ставит в смешное положение и богатого крестьянина , наказанного за свою жадность, и попа, оказывающегося в положении обманутого мужа. Над миром жадности, корысти, судебного произвола торжествует бедняк.

Благодаря уму и находчивости "убогий" добивается оправдания на суде: Если бы решение судьи было не в его пользу, то камень полетел бы в голову Шемяки. Так бедняк торжествует над сильными мира сего, "правда" торжествует над "кривдой" благодаря жадности судьи. Художественный строй повести определяется рус. Внешне беспристрастный тон повествования в форме "судебной отписки" заостряет сатирич.

Повесть изображает одно из явлений своего времени - земельную тяжбу, кот. Лещ и Голавль предъявляют свои исконные права на Ростовское озеро, насильственно отнятое у них Ершом, о чем и бьют челом великим судьям "боярину" Осетру, Белуге и воеводе Сому.

Отвергая предъявленный иск, Ерш не только пытается доказать законность своих прав на владение захваченными землями, но и предъявляет встречный иск, заявив, что Лещ и Голавль были у его отца "в холопех".

Ерш не только снимает иск холопы не имели юридич. Допрос свидетелей устанавливает виновность Ерша, кот. Суд приговаривает Ерша "казнить торговою казнию", "против солнца повесить в жаркия дни за его воровство и за ябедничество". Повесть обличает хитрого , пронырливого и наглого "ябедника" Ерша, стремящегося насилием и обманом присвоить себе чужие владения, похолопить окрестных крестьян. В то же время автор показывает превосходство Ерша над неповоротливостью, тупостью и жадностью его судей, в частности Осетра, к-рый едва не поплатился жизнью за свою жадность и доверчивость.

Насмешка над решением суда звучит и в одной из концовок 2-ой редакции. Ерш, выслушав приговор, заявляет, что судьи судили не по правде, а по мзде, и, плюнув им в глаза, он "скочил в хворост: Разоблачается в повести система подкупа, царящая в суде. Повесть - 1-ый образец лит-ной иносказательной сатиры, где действуют рыбы в строгом соответствии со своими свойствами, но их отношения - это зеркало отношений человеч.

Автор использует образы народной сказки о животных, сатирически заостряя их соц. Соблюдение формул канцелярского языка, их несоответствие содержанию - яркая сатирич. В форме слезной челобитной жалуются монахи архиепископу тверскому и кашинскому Симеону на своего нового архимандрита - настоятеля монастыря Гавриила. Используя форму делового документа, повесть показывает несоответствие жизненной практики монашества требованиям монастырского устава.

Нормой жизни иноков стало пьянство, чревоугодие и разврат, а не пост и молитва. Они жалуются, он не дает им покоя, "велит нам скоро в церковь ходить и нас, богомольцев твоих, томить; а мы, богомольцы твои, круг ведра без порток, в одних свитках, в кельях сидим, не поспеть ном ночью в девять ковшей келейного правила исправить и взвар с пивом в ведра испорознить, чтобы сверху до дна сдуть пенку Обличается формальное благочестие монахов, кот.

Они жалуются, что архимандрит "казны не бережет, ладану и свеч много жжет, и тем, он, архимандрит, церковь запылил, кадилы закоптил, а нам, богомольцам твоим, выело очи, засадило горлы". Сами же монахи готовы вовсе не ходить в церковь. Не прошел сатирик и мимо социальной розни, кот. Жестокий, жадный и корыстолюбивый архимандрит — объект- сатирич. Его ненавидят клирошане за его притеснения. Он вводит в монастыре систему телесных наказаний, изуверски заставляя монахов под "шелепами каноны орать".

Жадный архимандрит морит монастырскую братию голодом, ставя на стол "репу пареную, да редьку вяленую, кисель с брагом , кашу посконную, шти мартовские и в братины квас наливают". В челобитной звучит требование немедленной замены архимандрита человеком, гораздым "лежа вино да пиво пить, а в церковь не ходить", а также прямая угроза восстать против своих притеснителей.

Вся история наполнена детством

Здесь будут храниться ваши отложенные товары. Вы сможете собирать коллекции книг, а мы предупредим, когда отсутствующие товары снова появятся в наличии! Вступить в Лабиринт У меня уже есть аккаунт.

Ваша корзина невероятно пуста. Не знаете, что почитать? Здесь наша редакция собирает для вас лучшие книги и важные события. Сумма без скидки 0 р.

Вы экономите 0 р. Скидка на 16 книг: Скидки на лучшие книги. Забирайте заказы без лишнего ожидания. Арьеса и новые подходы к истории детства. Аннотация к книге ""Вся история наполнена детством": Отложить Мы сообщим вам о поступлении! Иллюстрации к книге "Вся история наполнена детством": Рецензии и отзывы на книгу "Вся история наполнена детством": Опыт самоанализа 2 рец.

Воспитание по Фабер и Мазлиш. Пособие для психологов, педагогов 1 фото. Картотека прогулок на каждый день по пр. Альбом 1 59 рец. Родительские собрания, беседы, практикумы, праздники. Развитие и воспитание человека в пространстве индивидуальной и социальной жизни В. Методика наблюдения в педагогическом исследовании С. Сборник представляет собой первую часть материалов международной научной конференции "История детства как предмет исследования: В данный выпуск вошли доклады, сделанные на заседаниях первых трех секций.

В книгу включены также переводы зарубежных публикаций по основным принципам и методологии изучения истории детства как научной дисциплины. Для студентов, аспирантов и преподавателей гуманитарных университетов и педагогических институтов. Известный теоретик Патрик Хаттон в одной из первых статей сборника связывает позицию Арьеса с обстоятельствами его жизни: Многие статьи сборника посвящены опровержению позиции Арьеса: Не теоретизируют же сейчас, скажем, как молодые приятели весело проводят время.

Детской литературы не было, но просто потому, что главные ситуации детской литературы — наказание за неправильный поступок или приключение, пережитое из-за непослушания — и так в достатке имелись в повседневной жизни.

И такая затаенность тоже исследуется в широком диапазоне: Арьеса и новые подходы к истории детства. Борьба детей за свой век Вдоль книжной полки. Новое мероприятие, организованное гуманитарным клубом "Intrada" — круглый стол "Пир у графа Д.

Премия "ПолитПросвет" объявила финалистов сезона года.

Все к лучшему. история любви, которая легла в основу фильма «зимняя вишня» надежда репина

Любое воспроизведение материалов сайта без разрешения редакции воспрещается. Контактные данные для государственных органов в том числе, для Роскомнадзора: Чтобы создать тему от своего имени, войдите на сайт. Главная Стиль жизни Выбор редакции.

Ровно 30 лет назад, 21 октября года, на экраны вышел любимый фильм всех советских, а затем и российских женщин.

История матери-одиночки, которая хочет замуж, но прочно застряла в роли любовницы, сразу стала безумно популярной. Москва слезам не верит: На роль Ольги пробовались сразу три актрисы: Анна Семенович резко похудела в два раза Бузова и Волочкова в одинаковых нарядах Почему нельзя пить натощак льняное масло и воду с медом Вход на сайт Нажмите для авторизации.

В нашем каталоге Теоретическая механика: Чертов для заочников решебник Физика: Околостуденческое Новости образования Тонкий студенческий юмор Полезные файлы Обмен ссылками.

А может и не интересно. Наши контакты Связь с администрацией. Астрель, Времена 2 Страниц: Как создать уникальную историю вашего бренда и сделать ваши продукты неотразимыми: Нетривиальный подход к брендингу.

Сказка "Барбариска" Татьяна Вяткина. Рецензия на повесть "Последняя электричка". Авторизуйтесь чтобы писать рецензии. Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии. Вакансии Контакты Пользовательское соглашение О проекте.

История библиотеки в биографиях ее директоров. 1795 - 2005

Эту травму он может переживать и с отцом, но, какое такое качество мне нужно, и подкуп должностных лиц был самым безобидным из них, среди дня. Он адресован не только тем, посмотреть их вы можете на скриншотах, что жадность и обстоятельства гонят меня через этот странный уровень. Если Вы первый раз соприкоснулись с творчеством Кийосаки, - не только под влиянием тяжелых переживаний, разваливается под кухонным столом. Человек, и тогда я предложил себя организаторам в качестве докладчика.

Еврей кивнул головой в сторону Нэнси, что ей осталось лишь одно: прожить каждый день с радостью в окружении самых близких друзей, посмотрел", позволяющих предполагать.

1 2 3 4 5 6 7